Сыщик Бреннер [2 книги]

Кардинал шел первым, следом — мы с Ястребом, замыкал шествие отец Климент, который за весь разговор не произнес ни слова и уже, возможно, жалел в глубине души, что не послушался совета и остался в кабинете. Но пути назад не существовало.

Спальня кардинала была обставлена столь же просто, как и его кабинет. Кровать, шкаф, пара сундуков у стен. Дунстан прошел к дальней части комнаты, отодвинул одну из портьер в сторону и отпер скрытую за ней тайную дверь.

— Мы сегодня надолго попрощаемся с вами, Бреннер, — негромко обратился ко мне Кречетов, пока кардинал занимался с замком. — Я отбываю обратно в колонию. Данные по гальваническим ваннам переданы его высокопреосвященству, так же как и все прочие технологии, к коим я имел доступ. Несколько дубликатов схвачены и надежно упрятаны для исследований, как и чертежи механизмов. У церкви много друзей и добровольных помощников, среди них есть и люди ученые, те, кто движет науку вперед семимильными шагами. Не все здесь так догматично, как кажется на первый взгляд. Моя миссия выполнена, а теперь я получил новое задание. Так что не держите зла, может быть, еще увидимся. Кто знает… И мой вам совет, прислушайтесь к словам его высокопреосвященства. Прислушайтесь и сердцем, и разумом. Если он предложит работу, ни в коем случае не отказывайтесь. Убить вас не убьют, но вы сами пожалеете об упущенных возможностях. Ведь такая работа вам по плечу. Быть в курсе всех новостей, двигать империю вперед, стать одним из тех людей, кто вершит историю, — это ли не дело всей жизни, как считаете?..

Вступать с ним в беседу я не стал, хотя мне и показалось, что впервые за все время он говорит искренне.

За потайной дверью оказалась витая лестница, которая начиналась на этом этаже и вела наверх.

Кардинал с трудом начал подниматься по ступеням, Ястреб поддерживал его за локоть, мы с отцом Климентом теперь шли последними.

Вскоре мы оказались перед еще одной дверью.

— Вы сами все увидите… и поймете… — сказал Дунстан, поворачивая ключ в замке.

Потайная комната занимала собой весь верхний ярус башни. В одном из углов узкая винтовая лестница вела, видимо, на крышу. Бросив мимолетный взгляд вокруг, я сразу догадался, почему доступ в эту комнату имели лишь кардинал и самые приближенные его слуги.

В центре комнаты, на привинченных к стенам и потолку двенадцати толстых цепях висел прозрачный хрустальный гроб. В гробу виднелось несколько отверстий, чтобы тот, кто в нем находился, не задохнулся.

— Это он, тот самый, — негромко сказал Дунстан.

Мой старый знакомый, живший прежде в теле дагеротиписта Жорика и сбежавший в неизвестном направлении.

Тварь бодрствовала и смотрела на нас. Сейчас, когда я мог разглядеть подселенца лучше, он показался мне еще более отвратительным и гнусным.