Сыщик Бреннер [2 книги]

И револьвер в кармане имел при себе каждый уважающий себя репортер, как тот же пресловутый счетовод носил очки.

За то время, что я провел у Элен, на улице окончательно стемнело. Все разумные горожане прятались по своим домам. Уличные кафе и рестораны, обычно работающие до полуночи, были закрыты — никто не стал бы ждать посетителей в такой день, — на всех окнах тяжелые ставни, мощные двери заперты изнутри на засовы.

В Фридрихсграде бесчинствовали временные короли города, стараясь урвать как можно больше за краткий срок своего правления.

Я крался проходными дворами, стараясь не соваться на широкие улицы, где риск повстречаться с одним из «страусов» или шайкой революционеров был чрезвычайно высок.

Иногда мне все же приходилось пересекать открытые участки, но я предварительно осматривал все вокруг, дабы избежать ненужных встреч. Редкие газовые фонари, едва освещавшие перекрестки, помогали мне ориентироваться. Революционерам было не до меня. Они занимались тем, чем обычно занимаются все пираты и разбойники — грабили, убивали, насиловали, а после делили добычу между собой, и нередко этот дележ оказывался столь же кровавым.

Спасти кого-то было не в моих силах, поэтому я даже не пытался вмешиваться, когда в очередной раз видел, как весьма подозрительные типы, больше смахивающие на уголовников, чем на пламенных революционеров, ломились в тот или иной дом.

Повсюду слышалась отчаянная брань. Революционеры требовали отпереть двери магазинов, но в ответ получали отказ. Попытки силой вломиться внутрь не всегда увенчивались успехом. Горожане помогали своим соседям, открывая по мародерам стрельбу из окон.

Только раз я остановился, наткнувшись в очередной подворотне на парочку громил, зажавших в темном углу испуганную девчушку — совсем еще юную и беспомощную. Бедняжка даже не кричала, понимая тщетность любых призывов на помощь.

Я разрядил один из револьверов в спины насильников, не давая им ни малейшего шанса на спасение. Девушку немного забрызгало кровью, она застыла, не в силах пошевелиться от ужаса.

Ничего, придет в себя и, если повезет, найдет безопасное укрытие. Я сделал, что мог. Сунув ей в руки второй револьвер и кивнув на прощанье, я продолжил свой путь и вскоре добрался до Департамента.

Здесь дела обстояли даже хуже, чем в других местах. Дом, находившийся за высокой металлической оградой в некотором отдалении от дороги, в этот день многократно атаковали. Это было видно сразу: двери и окна выбиты, на некогда чистых стенах многочисленные выбоины от пуль. Барон-капитан всегда рьяно следил за чистотой и презентабельностью здания, считая его лицом полиции, к слову, так же требовательно он относился и к внешнему виду полицейских, безжалостно штрафуя всех, кто пренебрегал уставом.