Бремя страстей человеческих

Однажды вечером после обеда в маленьком ресторанчике в Сохо, где они теперь часто бывали, он сказал:

– Послушай, ты серьезно сказала на днях, что не выйдешь за меня замуж, даже если я попрошу?

– Ну да, а что?

– Я не могу жить без тебя. Я хочу, чтобы ты была со мной все время. Я старался в себе это подавить, но не смог. Теперь уж я и бороться перестал: видно, это на всю жизнь. Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Она начиталась достаточно романов, чтобы знать, как подобает отвечать в таких случаях.

– Я, конечно, очень благодарна тебе, Филип. Твое предложение для меня – большая честь.

– Не болтай чепухи Ты выйдешь за меня замуж?

– А ты уверен, что мы будем счастливы?

– Нет. Ну и что из этого?

Слова вырвались у него против воли. Они ее удивили.

– Вот чудак! Зачем тогда ты хочешь на мне жениться? К тому же ты сказал, что тебе это не по карману.

– У меня еще осталось около тысячи четырехсот фунтов. Вдвоем жить не дороже, чем одному. Нам хватит моих денег, пока я не получу диплома и не пройду практики в госпитале, а потом я наймусь к кому-нибудь ассистентом.

– Значит, ты еще целых шесть лег ничего не будешь зарабатывать? И пока что нам придется жить на четыре фунта в неделю?

– Нет, на три, не больше. Мне надо платить за учение.

– А сколько ты будешь получать, работая ассистентом?

– Три фунта в неделю.

– Да неужели тебе надо зубрить все эти годы да еще и потратить весь твой капитал на то, чтобы в конце концов зарабатывать три фунта в неделю? Мне ведь будет житься не лучше, чем сейчас.

Он помолчал.

– Другими словами, ты за меня не пойдешь? – спросил он хриплым голосом.

– А вся моя любовь, стало быть, для тебя ровно ничего не значит?

– В таких делах надо думать раньше всего о себе. Я, конечно, не прочь выйти замуж, но зачем мне это делать, если я буду жить не лучше, чем сейчас? На кой мне это нужно?

– Ты бы так не рассуждала, если бы я тебе нравился.

– Может быть.

Филип замолчал. Он выпил залпом стакан вина, чтобы проглотить комок, подступивший к горлу.

– Посмотри на ту девушку. Которая идет к выходу, – сказала Милдред. – Она купила горжетку в магазине «Бон Марше» в Брикстоне. Я видела ее на витрине, когда проходила мимо.

Филип мрачно улыбнулся.

– Чего ты смеешься? – спросила она. – Ей-Богу, правда. Я еще тогда сказала тете, что ни за что не куплю чего-нибудь с витрины: охота, чтобы каждый знал, сколько ты заплатила.

– Я тебя понять не могу. Ты разбиваешь мне сердце и тут же порешь всякую чушь, которая не имеет никакого отношения к нашему разговору.

– Как тебе не стыдно, – ответила она обиженно. – Разве я могла не обратить внимания на эту горжетку, если я еще тогда сказала тете…

– Наплевать мне, что ты сказала тете… – нетерпеливо прервал ее Филип.

– Не смей выражаться! Ты же знаешь, как я этого не люблю.