Будь моей Брейшо

– Мне нужно принять душ, пока девчонки не истратили всю горячую воду. Если ты помнишь, у нас с этим напряженка. Чао, увидимся."

"Она оставляет меня с полным бардаком в голове.

Я снова обхожу дом и бросаю взгляд на общагу мальчиков, расположенную через улицу.

На хрен все.

Сажусь на траву и вытаскиваю телефон. Делаю глубокий вдох и набираю номер Марии, но она не отвечает, а ее автоответчик переполнен. Это раздражает, и я продолжаю делать попытки. Если она не хочет говорить, то это вообще-то нормально, а мне должно быть все равно.

Мне все равно!

Но почему, черт возьми, она не может просто ответить?

Из-за Зоуи?

Где сейчас Кэптен?

И почему, черт возьми, Майк все еще здесь?

И да, как это ему удалось купить новую машину?

Из груди вырывается нервный смех. Майк здесь, потому что у него еще не было возможности попрощаться со мной.

Может быть, мне стоит найти его?

Может быть, мне просто безумно скучно?

Или больно?

– Что ты тут делаешь, девочка?

Я резко выдыхаю, оглядываюсь через плечо и прикрываю козырьком глаза, чтобы защититься от солнца. Мисс Мейбл спускается по ступенькам; когда ее ноги ступают на дорожку, подъезжает лимузин.

– Да так, позагорать решила.

Какого черта меня принесло сюда?

Мисс Мейбл смотрит на меня, поджав губы.

– М-м-м… Давай-ка садись в машину.

Я хмурюсь.

– Зачем?

Ее темные брови приподнимаются.

– Потому что я так сказала, детка. Садись, иначе ты можешь обгореть, – издевается она.

Я смеюсь. Мисс Мейбл знает все, поэтому поднимаюсь на ноги.

Почему-то машина не останавливается у продуктового магазина, в который она обычно ездит; я знаю этот магазин, потому что раньше помогала ей заносить пакеты с покупками. Водитель сворачивает за угол, проезжает еще немного и останавливается у магазинчика поменьше. Мы заходим внутрь и начинаем искать товары по длинному списку. Купить нужно много, чтобы накормить вечно голодных девочек-подростков.

– Я слышала, ты пекла булочки с корицей? – говорит мисс Мейбл и показывает мне на большой пакет риса.

Я наклоняюсь, чтобы взять его, кладу в тележку и поднимаю на нее глаза.

– Верно, было такое. И с тех пор я мучаюсь вопросом, откуда Ролланд узнал, что я в курсе, как это делается. Ведь это он попросил испечь.

Ее улыбка исчезает, она толкает тележку дальше по проходу.

– Интересно, интересно… – говорит она, потом смеется и кивает в сторону пакетов с мукой. – Ты же знаешь, девочка, что это мой рецепт. Я пекла булочки для матери Рэйвен, когда она была маленькой, для Ролланда… для мальчиков, когда они росли…

Для всех, кроме Зоуи.

Я хмурюсь, и ее глаза встречаются с моими. Они нежные и понимающие, и это бесит меня.

– Зачем было говорить Ролланду, зная, что он попросит меня испечь. Это не мое воспоминание, чтобы им делиться, – зло говорю я.