Братва

– Я подмигнул Цыпе и доброжелательно улыбнулся старлею в черной униформе со спецназовской эмблемой на рукаве, словно это не он, падло, секунду назад больно ткнул мне меж лопаток стволом автомата, приказывая вскинуть руки на капот.

Фунт, вооружившись очками, восседал за столом в своем кабинетике и сосредоточенно штудировал «Российскую газету».

– Евген! – радостно воскликнул он и тут же как-то потух, поскучнев сморщенным старческим личиком. – Ты уже читал?

– А в чем суть дела? – Я открыл холодильник и выудил себе и Кисе по банке чешского пива. – Налоги опять повышают?

– Хуже. – Петрович протянул газету. – На первой полосе секи. Указ президента о борьбе с бандитизмом и другими проявлениями организованной преступности.

– Любопытно, – отхлебывая ледяное пиво прямо из банки, углубился в чтение. Через несколько минут небрежно скомкал газетку и закинул в урну под столом. – Лажа! Опять совдеповская показуха. Нас эти понты не заденут. Ты ведь не обыватель, а битый волчара: должен был мигом вкурить, что последние параграфы сводят на нет предыдущие. Прокуроры в матушке-России поголовно все перестраховщики и карьерой своей рисковать просто побоятся.

– А задержание до тридцати суток?

– Это коснется только засвеченных групп, а попросту – хулиганья, возомнившего себя рэкетирами и гангстерами. Мы же в тени. Нормальные бизнесмены. Уверен, что такой ориентировки, как «группа Монаха», в ментовских ЭВМ нет. А раз у оперов не числимся, то нас не существует. Сечешь поляну?

– Секу – Петрович несколько успокоился и обмяк. – Ты, как всегда, прав. Зря я захипишевал. Возраст дает знать – масло в чайнике уже не то.

– Давай, Фунт, рассказывай лучше, как в заведении дела?

Лицо старика снова поскучнело.

– Неважнецки, Михалыч. Местная шпана – зелень бритоголовая, а прет буром, чтоб поил их кодлу на халяву. За охрану якобы. Пока луну кручу, но скоро терпение их лопнет – будут витрины бить. С десяток наберется оглоедов. Старшим у бритоголовых Андрюха по прозвищу Медведь. Комплекция подходящая. Недавно демобилизовался, нигде не работает. Шляется по пивнушкам, свору собрал таких же оторви да брось.

– Глянь, Петрович, он сейчас не в зале?

– А где ж ему быть? Медведь на нашу Ксюшу глаз положил. Но не думай – она на Андрюху фунт презрения.

– Подтяни его сюда. – Я отставил пустую банку на столик и откинулся в кресле. – Скажи, с ним хрюкнуть хотят.

– Если он отсюда не выйдет – его шушера враз догонится что почем. Это голимое палево, – забеспокоился Петрович.

– Не дрейфь, Фунтик, ничего я ему не сделаю.

Через минуту в кабинете нарисовался Медведь. Мощная плечистая фигура в соединении с сутулостью сразу объясняли происхождение клички.

Модный парнишка. Черная короткая кожанка, белые джинсы и такие же кроссовки.