Братство Тропы

Как раз в этот миг висящий на колу скелет повернул череп на сто восемьдесят градусов и направил глазница точно на меня. Возможно мне почудилось, но костяные челюсти скривились в злой ухмылке…

– Он… – начал было я, но всполошившийся лекарь зашипел змеей и едва не кинул в меня пустой бутылкой:

– Молчи! Знаешь же поговорку – каждое лишнее слово надувает аппендикс!

– Что?!

– Молчи!

– Бред какой-то!

– Бред! – поддержал меня пыхтящий Бом, вцепившийся в трещащие оглобли.

– Кто бы говорил про бред, но только не Рос! – не сдавался воспрявший Док – Кто из мыслей Аньглубинглота надул или как там его? Молчание – золото! Молчание Роса – бриллианты!

– Тьфу на тебя! – обиженно проворчал я и отвернулся, убедившись, что скелет не собирается преследовать нас – Про аппендикс он шутки выдумывает… может ты еще и стихи сочиняешь?

– Может и сочиняю!

– Ну-ка продемонстрируй! Рифмуй про что угодно, Док! А мы послушаем…

– Про что угодно – только не про белого кролика, если тебе жизнь дорога – проревел Бом и тут же хрипло захохотал.

– Что?! – Дока шатнуло в повозке так сильно, что он не удержал равновесия и уже оттуда прохрипел – Что ты сказал про белого…

– Ты не слышал, что ли, любитель подземных стишков?

– Не-е-ет…

– Да я сам не знаю почему вспомнил – признался Бом и с рыком повернул, следуя за мной вниз по поросшему ромашками пологому склону – Ты ведь тогда попал в мохнатые паучьи лапы стихоплета? А я говорил – все поэты опасны!

– Ты про белого кролика говори!

– Та история меня зацепила и я начал искать и копать. И нашел чутка чтива перед сном. Там кое-что из летописей первопроходцев. Как же было в той макулатуре? Что-то про надпись на расплавленной стене разрушенного храма… А! Вспомнил! Там был стих-предупреждение вроде как…

– Какой еще стих? – Док спросил с таким негодованием, будто это на его расплавленной стене что-то написали.

– А я помню?

– А кто помнить должен?!

– Я! – изрек восставший Орбит и, выпрямившись во весь свой немалый рост, вытянул перед собой руку и с чувством заговорил, ни разу не запнувшись:"

"– Белого кроля не трожь! Не шути! Не стихословь! И уж точно их не слушай, Раз не хочешь помереть! Коли в ухо стих влетел – Постарел тотчас пострел! Год за шутку, пять за стих! Вот цена слов дурных! Он отымет – не отдаст! Ты за шутки жизнь продашь! Белый кроль в норе пустой…

Замолкнув, Орбит покачнулся и рухнул обратно.

– А дальше что?! – во весь голос завопил Док и, рухнув следом за эльфом, затряс его за плечи – Дальше что?!

– Не…

– НЕ?!

– Неизве-е-е-естно… но интере-е-есно-о-о – выдохнул эльф и затих, глядя в небо.