Братство спецназа

Он вообще не может жить по-человечески, как живут все другие, обыкновенные люди, которые каждое утро поднимаются по звонку будильника и после завтрака отправляются на службу, целый день усиленно протирают штаны или подошвы – в зависимости от профессии, а потом спешат к семье.

Но ведь многие деньги – и большие деньги! – тоже зарабатывают не совсем и не всегда чисто. Более того, даже в большинстве случаев так случается. Но они позволяют себе все. Почему?

Потому что они глупы, потому что они боятся и ждут, когда к ним незаметно приблизится киллер по прозвищу Сохатый, и тогда уже деньги будут им не нужны. Они знают, что это произойдет когда-нибудь, и стараются побыстрее истратить то, что успели нахватать.

Он сам выбрал себе профессию. Вернее, он не сумел приобрести другой профессии, кроме той, что была у него. Он даже пенсию себе не сумел заработать. Но пора уже уйти на отдых. Последнее дело. Последний заказ, который в действительности откроет его лицо перед другими. Но откроет так, что его невозможно будет осудить и посадить.

И потом он уедет. Он сменит фамилию. И будет жить, как живут другие. Семью заведет. А может, и не заведет. Может, он просто будет жить и скучать.

Если сможет так жить…

Но одно точно: какой бы образ жизни он для себя ни выбрал – он будет ждать другого киллера с другим прозвищем, который придет по его душу…

Глава 19

1Как и договаривался Доктор Смерть с Олениным, к двенадцати часам они поехали в областную прокуратуру. Это совсем рядом. Поехали в «Мерседесе». И в знак особого доверия, Доктор посадил Сохатого за руль. Тот вышел из машины улыбающийся, как ребенок, опробовавший новую игрушку.

Оленин, засунув руки в карманы брюк, ждал их уже на крыльце. И почему-то не поспешил сразу завести к себе.

– Сейчас… Тут еще один человек подойти должен.

Но и Доктор Смерть, и Сохатый почувствовали, что старший следователь излишне суетится. И руки, когда из карманов вытащил, не знал куда деть. Гагарин с Лосевым с улыбкой переглянулись. Сохатый показал коротким взглядом на невзрачную старенькую «жучку» с затемненными стеклами. Сам вид автомобиля не соответствовал этому затемнению. Стекла тонируют, как правило, на автомобилях более приличного вида. Если только не возникает настоятельная необходимость. И сквозь светлое лобовое стекло было видно, что машина набита людьми.

Доктор спокойно улыбнулся и ответно показал в противоположную сторону. Там стояла машина-близнец. И тоже набитая людьми.

Это сразу насторожило.

– Ладно, пойдемте… – сказал Николай Сергеевич. – Приедет, сам поднимется.

– Кого ждешь? – спросил Лосев.

– Овчинникова.

Машина Овчинникова стояла чуть в стороне. Ее Дым Дымыч увидел, когда проезжал мимо. Врать тоже надо уметь, товарищ старший сержант.