Бывшая сводного брата

— Ну вот ты и попалась, — ухмыляется. Хочу ответить колкостью, но не могу.

Он притягивает меня к себе, фиксирует затылок и впивается в мои губы поцелуем. Я захлебываюсь от эмоций. Отвечаю ему.

Нас закручивает в водовороте эмоций. Их так много, что не победить. Мы захлебываемся от сладостных ощущений, утопаем в них с головой. Чувства шарашат по нервам. Каждое прикосновение отдается горячей истомой внутри.

Мы не ведаем, что творим. Не отдаем себе отчёта. Крышу сорвало. Мы просто парим.

Нас накрывает мощной волной. Такой большой, как цунами. Смывает с берега и уносит прочь. Нет логики. Нет здравого смысла. Есть два сердца бьющихся в унисон.

Максим тянет меня на себя, я льну к нему навстречу. Мы оба горим. Мы пылаем. Мы два факела, что долгое время ждали огня.

Тонкие грани одежды мешают. Каждой клеткой кожи жажду почувствовать его страсть. Его тепло. Его силу.

Хочу млеть в его крепких руках.

— Макс, — выдыхаю когда он чуть отстраняется. Воздуха мало. Мне практически нечем дышать.

— Мира, нам надо остановиться, — шепчет на ухо, но сам делает строго противоположное своим словам.

— Надо, — тихо произношу. Пытаюсь увернуться, но его ласки просто сводят с ума.

— А я не могу, — признается чуть слышно.

— Что будем делать? — с лукавой улыбкой спрашиваю у него.

Макс не успевает ответить. Нас ослепляет яркий луч света, щурюсь, не понимаю, что происходит. Резкий рывок и я оказываюсь за его широкой спиной.

— Что вы здесь делаете? — раздается строгий голос профессора. Я его узнаю и мне становится не хорошо.

— Разговариваем, — нахально врет Максим. Я молчу. Затихарилась, словно мышка и ни слова не говорю.

— Для разговоров есть другие места, — недовольно бурчит строгий мужчина. — Брысь отсюда! — командует нам. — Живо!

— Пойдем, — обращается ко мне Макс, берет за руку. Он выводит меня из подсобки таким образом, чтобы профессор не смог разглядеть моего лица.

Сбегаем по лестнице вниз. Чем дальше удаляемся, тем сильнее прорывает на хохот. Стоит зайти в столовую, как мы начинаем дружно хохотать.

Неловкость уходит. Напряжение тоже. Я вдруг понимаю, что мне ещё ни с кем и никогда не было так хорошо.

— Макс! Мира! — из-за столика нам машет Радько. Рядом с ним сидит Леська. Я удивленно смотрю то на него, то на неё.

— Вы чего тут забыли? — подходя ближе к ним спрашивает Максим.

— Леся? Тебя же, — хочу добавить отец прибьет, но вовремя закусываю губу. Никто об этом не знает. А мне лучше и дальше молчать.

— Не только же вам сбегать с пары! — фыркает подруга перебивая меня. Она отрывает кусочек от круассана, кладет его в рот, принимается жевать. Как ни в чем не бывало.

Если Леськин отец узнает, что его дочь прогуливает пары, плохо станет совершенно всем.

— Ребят, нам нельзя оставаться в универе, — озвучиваю правду.