Невеста младшего брата (СИ)

Выбираю второй вариант, чтобы не светиться. Минуя парадный вход, поднимаюсь на заднюю террасу. Оцениваю обстановку через окно. В столовой ни души. На столе накрыт ужин на две персоны.

Интересно…

Сегодня сборища с бухлом и блядями не планируется? Или планируется, но пока только с одной?

Да, блять!..

Какого хера не воспользовался гостиницей? Сколько можно таскать девиц в этот дом? Знает же, что меня это люто бесит. Знает, но делает всё наперекор!

Не мешкая ни секунды, бесшумно проникаю в помещение и сразу же прохожу на кухню. По-прежнему в этой зоне пусто. А вот из прачечной явно доносятся шорохи. Рвусь прямиком туда.

Заглядываю в комнату и тупо застываю на пороге.

Первое, за что цепляются глаза — вид какой-то незнакомой девахи в моей рубашке.

Вид сзади «ничего так»…

Блять…

Охренительный вид. Тут не поспоришь.

Но, сука, на девке моя рубашка! Последний подарок матери. Я перестал носить эту вещь из-за посаженного мною чернильного пятна на манжете. В химчистке, как не старались, так и не смогли его вывести.

И черт бы с ней, с этой рубашкой, если бы она не была мне дорога, как память о матери. Смотрю на неё, словно бык на красную тряпку. Стискиваю зубы. Чувствую, как кровь приливает к лицу, как нервно трепещут крылья моего носа. Как играют желваки…

Мать вашу…

Почему среди других рубашек она выбрала именно эту?

Переключаясь на наглую девицу, ещё сильнее завожусь. Не терплю, когда самовольно трогают мои вещи. Будь то члены семьи или просто друзья, а эта вообще залетная птица.

Кто такая?

Очередная однодневка моего брата?

Почему в доме одна? Где Илья?

Какого хрена она здесь хозяйничает?

Закипая от ярости, в уме подбираю слова приветствия. Подхожу ближе на шаг. И только хочу открыть рот, чтобы потребовать свернуть эту грёбаную самодеятельность, как девчонка наклоняется к люку и что-то в него суёт. Рубашка задирается до середины ягодиц, обнажая красный треугольник стрингов между сочных булочек.

Склонив голову набок, автоматически оцениваю пикантное белье и то, что оно якобы скрывает. Фиксирую взглядом ремешки, ленточки, застежки на чулках — все эти дьявольские штуки смотрятся охуительно и нехило вставляют.

Не то, чтобы я, сука, раньше такого не видел…

Видел. Трогал. Подолгу развязывал и расстёгивал, превращая прелюдию в своеобразную игру. К концу которой хотелось только трахаться. Много и без тормозов.

Охуенная блядь.

Невысокая. Без излишней худобы. С соблазнительными ровными ножками… с нерастраханной аппетитной задницей…

Тихая. По ходу с мозгами. Умеет разбираться со стиральной машиной…

Современная Золушка, млять, каких днём с огнем не сыщешь. Руки бы её «золотые» к изголовью кровати привязать.