Брат жениха. Цена измены

Я живу. Я проживаю эти моменты в реальности…

Следом из коробки он достает черный шелковый шарф. Алекс тянется к моему лицу и я понимаю, что он сейчас лишит меня даже последнего подобия контроля, снова начинаю сопротивляться и виться, но его тихое «Тсс» и нежная прохлада шарфа так же неизбежны, как все остальное, что он со мной делает. Я и так в его власти. И так ничего не контролирую. Даже если бы на мне не было ни кляпа, ни этих веревок, ни платка…

Я погружена в кромешную тьму. Чувствую, как встает с постели и раздевается, судя по лязгу бляшки и шороху одежды.

Его руки опускаются на мои ноги и нежно гладят. Он слегка их расставляет, так как веревка завязана именно так, чтобы я могла ими шевелить. Сгибает в коленях и разводит.

Чувство стеснения, беспомощности и возбуждения захватывают меня вихрем одновременно.

Пальцы мужчины трогают между ног. Он хмыкает.

-А говорила, что теряю хватку… Ты вся красненькая и пухлая со вчерашнего, Дана. Плохая девочка…-шлепает меня стеком прямо между ног, несильно, но заставляя снова закричать и выгнуться… А потом…

А потом я громко всхлипываю, в конвульсивном припадке сжимая руки и ноги, потому что в этот самый момент его горячий язык касается меня между ног…

Глава 40

Глава 40

Я снова разбросана на сто тысяч осколков. Они как конфетти после взрыва хлопушки по всей комнате. И я даже не пытаюсь их собрать. Мне слишком хорошо вот так. В объятиях этого мужчины.

То, что начиналось диким пороком. Мучительной пыткой удовольствия, жестким вторжением не только его языка, который заставил меня бурно и громко кончить, а потом уже и членом, безжалостно таранящим и правда еще накануне истерзанную им плоть, в итоге вылилось в такую же щемяще сладкую ласку. После нашего сумасшествия Алекс убрал шарф с глаз, снял кляп и долго-долго растирал мои затекшие запястья и ноги, внимательно наблюдая за реакцией.

Мы оба молчали. И не могли не смотреть друг на друга. Говорить сейчас было лишним.

-Что-то хочешь?-спрашивает он хрипло,- воды, поесть, вина? Шампанское тоже есть,- улыбается едва уловимо.

Я отрицательно качаю головой.

Хочу… Я дико хочу его поцеловать. Мы почти не целуемся. Это правильно, конечно. Еще сегодня я целовала своего жениха. Алекс не мой мужчина. Неправильно его целовать. А почему, не хочу отвечать на его вопрос даже самой себе…"

"Я оглядываю комнату, лежа на боку в тепле его объятий.

-Так странно…- задумчиво выдаю.

-Что именно?

-Этот дом… Такой красивый… Идеальный… И совсем безликий… Знаешь, почему?

Он пожимает плечами.

-Потому что здесь нет ни одной картины… Картины- как глаза у человека. Они зеркало его души. Они даже важнее фотографий. Фото сделаны чужим, это проекция тебя глазами другого. А картины выбирает твое сердце.

Алекс молчит, но внимательно меня слушает.