Брат, вспомни все!

Да и рассказывать долго… В общем, если и чистильщики узнают, кто он такой, тогда точно — ему не жить. Его уберут прежде всего как свидетеля…

— Свидетеля чего?

— А вот это я и хочу узнать. Очень хочу… В общем, Антон, времени у нас всего ничего. Надо действовать…

— Ты скажи, что делать надо?

— Я подниму шум в своей конторе. Так, мол, и так, есть какие-то непонятные чистильщики, которые бомжей уничтожают. И посмотрю, кто и как на этот шум отреагирует. Если в самом деле война с бомжами верхами санкционирована, тогда мне постараются платок на роток накинуть. А если нет, то или просто посмеются надо мной, или даже зеленый свет дадут. Но если дело против чистильщиков и будет возбуждено, официальное расследование когда еще начнется… В общем, Антон, поднимай на ноги своих орлов. Включайся в частную сыскную деятельность…

— Да, конечно…

— Поставь на уши всех бомжей в столице. Попробуй выведать у них, что они про чистильщиков знают. Я так понял, что эти твари время от времени повторяют свои рейды. Очень бы хотелось узнать, с какой периодичностью. И еще, надо бы выяснить, в каких местах они появлялись раньше. Может, удастся систематизировать их действия. И спрогнозировать, где и когда они появятся в следующий раз…

— А я бы еще дорожно-постовые службы окрест этих мест потряс. Может, кто видел фургон и микроавтобус с чистильщиками…

— Это само собой… Но боюсь, это нам абсолютно ничего не даст. Эти твари не наобум действуют. Наверняка у них все просчитано. Хотя все может быть… В общем, Антон, оставь все свои дела. И переключись на это дело…

— Целиком и полностью… Разве ж я не понимаю его важность? Тем более Никита мой дражайший шеф и наставник…

Криницын знал, на что способен Никита. Знал, насколько он крут. Может случиться так, что он сам расправится с чистильщиками. Ведь с ним еще и вояка из армейского спецназа, «чеченец», на счету которого не одна боевая операция. Вместе они сила.

Но рассчитывать на то, что Никита сам справится, нельзя. Надежда на его собственные силы расхолаживает. Надо думать о нем как о беспомощном ребенке. И рыть носом землю, чтобы выйти на него и спасти.

Глава четвертая

Третий день уже Никита в этом душном вонючем бараке. Это только в первую ночь он считал его вполне сносным после ужасов «душегубки». А сейчас в нем невыносимо. Даже тюремная камера по сравнению с ним кажется гостиничным номером высшей категории.

Номера высшей категории. Полулюксы, люксы, «президентские апартаменты»… Все вместе это отель. Отель «Эсперанто». Сегодня ночью Никите приснился этот отель. Он видел его великолепие изнутри. Он бродил по длинным коридорам, заглядывал в номера. Навстречу ему проплывали администраторы, горничные, этажные, рассыльные. Все здоровались с ним, оказывали знаки почтения.