Брат, стреляй первым!

— Садись! — помахал рукой, приглашая в салон.

Девчонка не заставила себя долго ждать. И плюхнулась на сиденье рядом с ним. Стеснительно улыбнулась ему, смахнула рукой со лба прядь мокрых волос.

Вблизи она уже не казалась красивой. И даже симпатичной. Но Никите было жаль ее. Дождв, холодно, а она одна, в непогоду, в жалкой одежонке.

— Продрогла? — спросил он.

— Да, — кивнула она.

— Чего стоишь здесь? Одна? Без присмотра…

— Да нет, за мной присматривают…

— А вы что, не понимаете? Никита понял все.

— Так ты что, проститутка?

— Путана, — поправила она его. Вот так, пожалел девчонку… Но разве нельзя пожалеть проститутку?..

— Да уже успела промокнуть…

— Нет у меня дома. С Валерой живу. С ним еще три девчонки. Но к нему домой нельзя. Работать надо…

— С Днепропетровска…

— Понятно… На заработки приехала. А дождь всех клиентов разогнал. И места здесь не рыбные. То ли дело Тверская…

— Я, наверное, пойду, — сказала Оксана. Видно, она вовсе не была настроена слушать его треп. Ей деньги зарабатывать надо. И не важно, что в ожидании клиента можно заработать воспаление легких. Да и сам клиент может наградить ее очень интересной болезнью…

— Поехали ко мне, — неожиданно предложил Никита. — У меня тепло, уютно, кофе попьем, музыку послушаем…

— За музыку нужно платить…

— Да, конечно… Сколько?

— Если на всю ночь, то пятьдесят долларов.

— Ехан мохан! Всего-то?..

— Можно и сто, — быстро среагировала Оксана. Никита только покачал головой. Бедная девчонка, не жалеет ее жизнь, в дерьмо с головой окунает. Вот и приходится барахтаться, чтобы не захлебнуться…

Никита снимал однокомнатную квартиру в Чертанове. Никто не знал про эту квартиру, даже родители…

Он сыграл свою игру, сорвал банк. Бермуд получил пулю. Братки сгинули, которые не прочь были ликвидировать Никиту. Остальных братков повязали менты. Все из-за шума, который поднял Никита. Да еще и Бермуд застрелил Черпака. Непорядок, словом…

Следующий шаг — реабилитация. «Общак» в его руках. Можно было присвоить бабки себе. Но жадность ,. в этом случае — новый виток смертельной гонки. А Никита хотел покоя, некриминальной жизни. Поэтому пришлось обращаться к Королю. Пусть сам решает, что делать с «общаком» группировки. Или все бабки в свой воровской «общак» скинуть, или только часть, а остальное отдать братве, которая образуется на осиротевших черняевских «угодьях»…

Король обещал, что трогать Никиту никто не будет.

Недавно это подтвердил крутой авторитет, чьи бригады перебили на себя бесконтрольную территорию.

Теперь Никита обыкновенный человек. Ни с кем не связан узами или, вернее, путами непредсказуемого бандитского братства. Правда, за выходной билет пришлось заплатить кровью. Хорошо, не своей — чужой.

Он вышел из банды. Но остались менты.