Брат, останься в живых

У меня есть женщина, и ты нас распишешь...

– Дело-то нехитрое...

– Да, но дело в том, что я хочу сделать для невесты сюрприз. Я дам тебе свой и ее паспорт, и ты нас зарегистрируешь, заочно, – спокойно, как о чем-то незначительном, сказал Погребняк.

– Ты шутишь? – остолбенело вытаращилась на него Вика. – Так нельзя!

– Ну почему, если очень захотеть, то можно...

– А если это какая-то афера?

– Ерунда!

– Но ведь ты же не случайно со мной встретился. Ты что-то задумал...

– Задумал. Облегчить тебе жизнь задумал. И насытить ее свежими красками. Ты помогаешь мне, а взамен получаешь меня в обертке из... десяти тысяч долларов...

– Леша, опомнись!

– Двадцать тысяч...

– Леша!!!

– Двадцать пять, и это мое последнее слово...

– Но так нельзя..."

"– В этом мире все можно. Нельзя только одно – отказывать мне!

Он смотрел на Вику тяжелым гипнотизирующим взглядом. Она не выдержала, но глаза отвести не могла – смотрела на него как завороженная... Она уже понимала, с кем имеет дело.

– Хорошо, сделаю, как ты скажешь, – обреченно кивнула она.

– Только не думай, что я тебе угрожаю, – премило улыбнулся он. – Я вообще не хочу тебе угрожать. Я хочу тебя любить... Но если ты меня обманешь...

Его взгляд снова налился свинцовой тяжестью.

– Не обману, – покорно пообещала она.

Алексей обговорил с ней все детали, оставил паспорта и ушел. А на лестничной площадке нос к носу столкнулся с каким-то неказистого вида мужичком. Выходя из лифта, мужичок в упор и нервно рассматривал его выпученными глазами. Смотрел до тех пор, пока за ним не закрылись дверцы... Алексей не удержался и глянул на себя в зеркало. Вроде бы все в порядке – никаких внешних изъянов. Значит, у мужика с головой не все в порядке. Но мало ли на свете идиотов.

Джип, на котором он подъезжал к загсу, ждал его во дворе. Жаль, что Алексей не мог отправиться к себе домой, в свое уютное гнездышко. Но и печалиться нечего – его временное жилище согревала Диана, которая сейчас по сравнению с Викой казалась ему самим совершенством...

Глава пятнадцатая

Эдуард хорошо помнил, как инструктировали его в агентстве недвижимости: экология острова – штука тонкая, и никто не позволит ему бесчинствовать, истребляя на нем живность. В частности, нельзя было убивать черепах и варить из них суп. Да ему бы и в голову не пришло заниматься этим. Раньше не пришло бы, а сейчас он только тем и занимался, что истреблял местную флору и фауну. Сегодня утром он расправился с морской черепахой и сейчас варил из нее тот самый злосчастный суп. И появись сейчас представитель местной природоохраны, он бы... с удовольствием заплатил огромный штраф. Лишь бы выбраться отсюда. Но не было никого, кто бы мог его отсюда забрать. И некому было платить штраф... Так и жил бедный Робинзон Эдик в тщетной надежде обрести спасение.