Брат, мсти за любовь!

И с непонятной опаской посмотрела на Никиту.

— Если я тебе скажу, что хотела спасти тебя, ты не поверишь?

— Нет.

— И правильно… Я тебя еще тогда не знала… А тот амбал погиб, потому что я приняла его за этого…

Марта кивнула на труп Валька.

Человек-гора был покрупнее Валька. Но Марта тогда находилась в нестандартной ситуации. И неудивительно, что она могла ошибиться. Тем более человек-гора стоял к ней спиной.

— Я отомстила двоим. Остался третий, — сказала Марта. — Это Кучин по кличке Егерь… Я найду его…

— А потом?..

— А потом я убью его.

— Я не про это… Что будет потом, когда ты отомстишь? Ты будешь продолжать убивать?..

Марта растерянно посмотрела на Никиту. В глазах появился страх. Но страх не перед смертельной опасностью. Похоже, она боялась потерять Никиту.

— Я не хочу убивать… — На глазах у нее появились слезы. — Я не хочу…

— Так в чем же дело?

— Организация… За мной очень сильная организация… Меня не отпустят…

Уж кто-кто, а Никита понимал ее. На собственной шкуре испытал он, что значит взять да выйти из криминальной организации.

— Отпустят! — решительно заявил он. — А не отпустят, я отпущу твоего босса… На тот свет…

— Это нереально…

— Реально… Уж я-то знаю…

— Ты не бросишь меня? — спросила Марта. Она подошла к нему с опаской, будто он мог прогнать ее от себя.

— Никогда. — Никита привлек ее к себе.

Он крепко поцеловал ее, но тут же отстранился.

— Лирику на время засунем в одно место, — решительно сказал он. — А сейчас нам нужно уходить…

— Будем избавляться от трупов? — спросила Марта. Она снова стала такой же невозмутимо спокойной, какой была, когда расправлялась с Вальком.

— Нет… Это слишком долго. Да и опасно… Это не моя квартира. Я ее снимаю. На всякий случай я сделал так, что хозяйка неправильно меня запомнила…

— Как это неправильно? — не поняла Марта.

— Ты когда-нибудь пользовалась гримом?

— Вообще-то да…

— Тогда ты должна меня понять.

— Ты был не похож на себя?

— Именно. Был не похож на себя, как ты, когда мы с тобой познакомились. Ты, помнится, была ослепительной блондинкой…

— И звали меня Розой…

И снова в глазах Марты появился едва уловимый страх. Словно она боялась какого-то страшного разоблачения.

— Кстати, почему ты была такой?

— Я же сказала, что в театральном учусь… — Она отвела в сторону взгляд. И, как бы спохватившись: — Ну, мы уходим?

— Да, только сначала вещи соберу. И «пальчики» наши надо стереть…

— Зачем?

— У тебя не было приводов в милицию?

— Нет…

— А у меня были… Мои «пальчики» в ментовской картотеке.

— А что ты натворил?

— Да так, мелочи…

Никита собирался рассказать Марте о своем прошлом. Он хотел, чтобы она знала, как противно было ему в бандитской шкуре. Она должна знать, что и ему приходилось убивать людей.