Брат моего парня

Глава 22

Денис

— Как дела на стройке?

С запозданием понимаю, что этот вопрос адресован мне.

Подняв глаза от тарелки, смотрю на своего «тестя», прокручивая в голове сказанные им слова и пытаясь собрать их в одно предложение, чтобы врубиться в смысл вопроса.

Он смотрит на меня, потягивая коллекционный отцовский коньяк. Расслабленный и румяный, будто пребывает в раю. Кажется, проводить время с моей семьей для него действительно что-то вроде кайфа. Нашу семью с ним связывает как минимум давняя дружба и полное взаимопонимание.

Сегодня годовщина свадьбы родителей, и они приглашены на ужин.

В столовой приглушили освещение, и это не очень комфортно для меня, потому что я неделю вкалывал в спортзале, как одержимый, и сегодня наконец-то чувствую усталость, от которой хочется просто вырубиться, и я не хотел бы сделать это прямо за столом.

Я соображаю слишком долго, поэтому сидящая рядом Ника отвечает вместо меня:

— Через месяц перейдем к внутренней отделке. После этого уже начнет работать дизайнер.

— И как тебе этот дизайнер? — спрашивает у нее мама с другого конца стола. — Это же тот, которого я советовала, да?

— Очень креативный, — в голосе моей девушки полно энтузиазма. — Но нам как раз этого и хотелось. Чего-то оригинального.

Взяв со стола стеклянную бутылку минеральной воды, наливаю в стакан и делаю пару мелких глотков.

Прохладная жидкость глушит эффект от острого соуса, которым заправлена паста. Мать — фанатка всего восточного. Особенно всякой острой еды.

— И что подразумевает под собой креатив? — интересуется отец.

— Ну… — тянет Ника. — То, на что не каждый решится.

Теряю нить их разговора, глядя на Влада, который сидит напротив и молча ест.

Вокруг его глаза пожелтевший синяк. Этот макияж — подарок от Лекса, а вот моя ссадина — случайный “кулак” от брата.

Всю ту потасовку вкратце можно охарактеризовать, как детский сад, но теперь я понимаю, что в моем брате дерьма гораздо больше, чем мне казалось. Даже несмотря на то, что его бывшая девушка без труда находит себе приключения, думаю, желающих проколоть шины на ее машине не так уж много.

Влад нахально выгибает бровь, поймав мой взгляд на своем лице.

Опустив глаза, смотрю на стакан у себя в руке.

Любые мысли о его бывшей девушке вызывают желание швырять о стену предметы.

Я связан по рукам и ногам.

Я даже не могу дать в бубен Владу за то, что испортил ее машину. У него возникнет логичный вопрос, каким боком это вообще меня касается, и ответ вроде “просто касается, и все” не пройдет. В отношении Карины у него явно пунктик, раз он не поленился страдать такой дичью, как прокалывать ей колеса. Любое мое вмешательство усугубит наши разногласия до невиданных высот, и это еще одна причина, связывающая мне руки.