Брат, держи удар!

Тогда Марта блестяще справилась с его обязанностями, удержала отель на плаву.

И сейчас она вместо него. Только не может она заниматься делами. Совсем слабая. Дело на поправку идет, но очень медленно. Но при всем при этом она может достать миллион-два долларов.

Не в экономическом преступлении обвиняют Никиту. Хотя и до этого, глядишь, дело дойдет. Из-за Юсупова. А пока не дошло, его банковские счета не арестованы. Марта может распоряжаться ими

Она выкупит его. Освободит. Заберет к себе Он в этом не сомневался.

Семь лет они вместе. Семь лет идут рука об руку…

Он вспомнил, как они познакомились. Как вместе мстили подонкам, которые когда-то надругались над ней. Потом она ушла в монастырь замаливать свои грехи. Он долго искал ее. Нашел. Забрал к себе. Затем шесть лет совместной жизни. Он — преуспевающий бизнесмен. Она — скромная, набожная домохозяйка. Но весной этого года с Никитой случилось несчастье. Он забыл о своем прошлом. Марта же, напротив, вспомнила о своем. Она сделала все возможное и невозможное, чтобы помочь ему, вытащила его из беды.

И в этот раз она поможет ему. Он уверен в этом…

* * *Никита провел в погребе всю ночь, зачем потянулся день. Бежать из этой темницы — никакой возможности. Ему оставалось одно — терпеливо ждать, когда фортуна повернется к нему лицом.

В обед ему швырнули открытую банку тушенки, кусок хлеба, пластиковую бутыль минералки. Видимо, Осип послал кого-то в сельпо за провизией.

А вот ужина Никита не дождался. Вместо ужина ею вытащили из подвала. Антоха прицепил его к себе наручниками. Щербина держал под дулом автомата. Его вывели во двор.

— Иди, иди! — грубо подтолкнул его Антоха. Возле дома стояли два джипа. Не первой молодости машины, но выглядят эффектно. Возле них прожженные жизнью братки в кожанках. Уж не они ли кореша Осипа, не о них ли он говорил?.. Скорее всего да.

Никиту посадили на заднее сиденье головного джипа. Осип слева, Антоха справа. Впереди, рядом с водилой, браток в кожаной кепке. Стопроцентный уркаган. Сразу видно, не один год оттоптал на зоне. Потемневшее от жизни лицо, глубокие морщины, густой табачный дух. И рангом он повыше того же Осипа.

Курдюк и Щербина забрались во второй джип. Только Никите до лампочки — пусть хоть сдохнут, ему до них дела нет. Его куда больше волновал другой вопрос: куда и зачем его везут?

Машины тронулись с места. Выехали из деревни, пошли по вполне приличной проселочной дороге. Лес остался где-то позади. Дорога шла через поля, перелески. В конце концов вывела машины на многополосное шоссе.

— Эй, а куда мы едем? — нервно спросил Антоха, когда джип взял курс в сторону Москвы.

— Понятное дело куда — в Бутырку, — хохотнул Осип.

— Не, я серьезно…

— Да не менжуйся ты, братуха, — густым басом успокоил его уголовник. — Все будет путем.