Бракованная

— Лев Владиславович, там к вашей жене пожаловал какой-то странный тип… Его оставили ждать в гостиной.

Разворачиваюсь и иду прямиком туда, абсолютно забыв, что пора собираться в офис.

Глава 35. Она немая?

Часть 3. Странный визитер

Глава 35. Она немая?

Тот же день:

12:30

Лев

К моей жене мужчины в гости не заходят, она не из тех… Не водит дружбу с противоположным полом. Оттого еще удивительнее — кто же к ней пожаловал.

Я спешу увидеть нежданного гостя. Застаю его в гостиной в компании супруги.

Видно, та только подошла, слышу ее приветствие:

— Да, я Эвелина. В девичестве Габарашвили. — Она кивает рослому брюнету.

Визитер из прошлого, как погляжу. Я уже и забыл, когда моя Эва носила другую фамилию, слишком давно она уже Величаева.

Оглядываю брюнета хмурым взглядом. Гость определенно старше меня, хоть и не на много. Лицо ничем не примечательно, разве что взгляд слишком серьезен. Телосложение крупное, мускулист. Я бы нанял такого в телохранители, наверняка он бывший военный или что-то подобное — заметно по выправке.

— Я не совсем понимаю… — продолжает Эвелина.

— Кто вы и что здесь делаете? — перебиваю я жену.

— Лев Величаев, так понимаю? — басит нежданный гость, прищурившись. Дожидается моего кивка и продолжает: — Меня зовут Демьян Громов. Я приехал, чтобы поговорить с вашей женой…

— О чем же? — чеканю я строго и стискиваю зубы.

Визитер старается быть приветливым:

— Я хотел сообщить ей новости о семье… Эвелина, послушайте…

— Я — ее единственная семья, — заявляю с нажимом.

Габарашвили — уроды, которые ее попросту продали, уж конечно, они ей теперь никто, никакая не семья.

— Эву с приемными родителями больше ничего не связывает! — продолжаю строго.

— Ваша жена вроде бы не немая… — хмурится Громов. — Почему вы за нее отвечаете? Я же к ней обратился, а не к вам."

"Моя бровь ползет вверх. Оборачиваюсь к Снегирьку — она стоит ни жива ни мертва, смотрит то на меня, то на Громова. Глазищи огромные, влажные. Этот тип пугает ее?

Никому не позволю пугать мою жену!

— Всё, что вы хотите сказать моей супруге, можете сказать мне. — Мой голос делается обманчиво спокойным.

Громов хмыкает, смотрит на меня исподлобья и вдруг выдает:

— Я частный детектив, нанятый одной из приемных дочерей Габарашвили. С тех пор как Марисоль и Авзураг... э-э-э… покинули гостиницу «Отличная», я взял на себя обязательства сообщить каждой девушке из этой семьи, что их приемные родители более не представляют угрозы…

— Моей жене ничто не представляет угрозы! — чеканю строго. — Уж поверьте, я в состоянии ее защитить от любых невзгод.

— Как вам наверняка известно, — продолжает Громов, — Габарашвили практиковали передачу приемных дочерей зятьям за щедрый калым. И девушки далеко не всегда были с этим согласны.