Бракованная невеста. Академия драконов

Он оставил тебе кое-что… — Гвендолин открыла сумочку и протянула мне книгу в коричневом кожаном переплёте.

— Что это? — я взяла её, внимтельно рассматривая.

— Его магический дневник. Он ведёт его с самого детства. Кажется, раньше он записывал туда заклинания или важные происшествия. Это что-то вроде нашего ритуала. У Альфреда такой же. Я передала эту привычку сыновьям. Кристиан сказал, что у него может и не быть уже времени объяснить тебе всё. Но в дневнике ты сможешь найти ответы. Побудь с ним, а я пока попрошу врача не беспокоить вас. Вижу, тебе уже лучше. Вдруг сын почувствует, что ты рядом…

Гвендолин вышла, а я посмотрела на будто бы исхудавшее лицо Кристиана. Скулы заострились, а обычно смуглая кожа была бледной, как полотно. Он мерно дышал, и казался почти безмятежным. Если бы не прогноз…

Сама не заметила, как по щекам побежали горячие влажные дорожки. Я склонился голову вниз, на дневник Кристиана закапали мои слёзы, я машинально вытерла их, а затем открыла первую страницу. Буквы перед глазами прыгали, пришлось сморгнуть, чтобы прочитать первые строчки.

Моих губ коснулась лёгкая улыбка. Я уже знала идеальный почерка Кристиана, он ведь столько раз писал мне записки, когда помогал с тренировками.

Здесь же почерк моего жениха был далёк от привычного мне, видимо, ему было не так много лет.

«Сила дракона в его внутреннем стержне. Страх — не помеха, если уметь им управлять».

И внизу рисунок простым серым карандашом. Дракон, летящий среди облаков. Выглядело довольно сносно. Я вот точно бы не смогла так нарисовать.

Наверное, Кристиану было лет двенадцать, когда он начал вести этот дневник. Учился управлять своим драконом? Похоже на то. Неужели и он мог боятся? Даже не верится.

Запоздало поняла, что вообще-то на дневнике защита, но меня она пропустила. Значит, он настроил охранные заклинания на меня. От этого стало теплее внутри.

Я легла на кровать, прижимаясь к боку Кристиана. Мне было так спокойнее, когда чувствовала, что он рядом."

"Перелистнула страницу и увидела вклеенную фотографию. Семейный портрет. Глава семейства, двое сыновей и Гвендолин. Я оказалась права, Кристиану здесь около двенадцати. Коснулась пальцами фотографии и вдруг она ожила. Гвендолин помахала мне с изображения, широко улыбаясь, а Кристиан шутливо толкнул Альфреда в бок. Лишь Альберт Сальваторе — глава семейства — остался серьёзным.

Кстати, я так и не узнала, что стало с отцом Кристиана. Слишком много всего навалилось. Кажется, император говорил, что его схватили. Решила, что выясню позже.

Я листала страницу за страницей, будто следуя вместе с Кристианом по его жизненному пути. И чем дальше я листала, тем чаще стали появляться не отдельные фразы, а какие-то записки или памятки себе самому.