Бракованная жена. Я украла дочь ярла

— Раз ты так говоришь…

Люблю я вот эту интонацию… Она прямо-таки кричала: «Ты тут единственная, кто ошибается. А я прав».

Но нет, не в этот раз. Хельтайн просто не видел, с каким отвращением Келленвайн смотрел на меня, не был рядом со мной, когда Катарина поливала меня грязными и лживыми обвинениями, а ярл даже не попытался меня выслушать.

Но следом в памяти отчего-то вспыхнул наш поцелуй, и то, с каким неистовством и голодом муж вгрызался в мой рот, словно не мог насытиться.

Нахмурившись, я попыталась прогнать нежеланные образы.

Ну, подумаешь… Поцеловались один раз. Ерунда! Это вообще все произошло только из-за Красного дня!

Однако вопреки доводом рассудка, я уже ощущала эфемерное жаркое прикосновение твердого торса к своему животу, чувствовала затылком хватку сильной руки, и как наяву дышала запахом мокрых камней и луговых трав. Внутри все потеплело и возбуждающей волной понеслось вниз.

Тут уже разозлившись на себя окончательно, я отрезвляюще похлопала себя по щекам и села ровнее.

Не о том думаешь, Абигайль. Не о том!

— Если она желает моей смерти, то оставаться в Пустоши опасно, — кое-как направив мысли в нужное русло, начала я размышлять вслух. — На острова я вернуться не могу, там убийцы найдут меня еще раньше. Но и плыть на материк мне нельзя, я нужна здесь, теперь каждый год я должна исполнять ритуал.

— Значит, остается только вернуться? — спросил с улыбкой в голосе Хель.

Я фыркнула и уронила лицо в ладони.

— Если ярл узнает, что я жива, он убьет меня, — пробурчала я. — Знала бы, чем все обернется, не стала бы сжигать ту чертову комнату!

Неожиданно я почувствовала теплую ладонь на своей спине.

— За один вечер ты не решишь все свои беды, — тихо проговорил Хель. — Но по крайней мере один ответ у тебя есть. Завтра ты откажешь Ульву, а если он откажется уходить, я его съем.

Я тут вскинула голову и уставилась на него с подозрением.

— Тритоны едят людей?!

— Нет, — широко улыбнулся Хель. — Но он-то об этом не знает!

Открыв глаза утром, я решила, что с Ульвом стоило разобраться как можно быстрее. Нужно было еще вчера его отослать. Тут даже думать было не о чем.

Оставив мирно спящую Лейлу, я тихонько выбралась из постели и взглянула на нежно-розовый рассвет, подернутый дымкой сизого Тумана. И хотя впереди маячил не слишком приятный разговор, на душе все равно было легко-легко, так что хотелось выбежать на край скалы, раскинуть руки и взлететь.

На ум пришла ненавязчивая колыбельная, и я, шепотом мурлыкая ее себе под нос, осторожно достала из выдолбленных в пещере полок деревянное ведро, расческу, сменное платье и пошла приводить себя в порядок. Таким хорошим настроение у меня было редко, а потому я решила не пренебрегать им.

Выходя, я заметила, что Хель спросонья тер глаза, хотя ранней пташкой не был.