Браконьер 2

Я покорно выполнил команду, дожидаясь, пока второй конвоир договорится о моём повторном визите к следователю.

Всё сработало ровно так, как я и ожидал. Вскоре меня вернули к знакомой двери и усадили на скамью напротив. Через пару минут прозвучало сухое: «Заводите», и меня бесцеремонно затолкали внутрь.

Следователь тщательно перебирал бумаги, делая вид, что меня здесь нет. Я терпеливо молчал, хоть и не понимал, для чего он повторяет весь этот цирк. Ведь я уже сказал, что собираюсь признаться, и не видел повода тянуть время. Напротив, он должен был ковать железо, пока оно не остыло.

— Ну? — так и не взглянув в мою сторону, произнёс он.

— Старый, — выдохнул я.

— Что — Старый? — всё-таки поднял на меня взгляд он."

"— Это ведь он внедрил меня в отряд охотников. Не скажи он за меня своё слово, кем бы я у вас был?

— Понятия не имею, — пожал плечами следователь. — Вы, кажется, хотели сказать что-то другое?

— Как думаете, почему он сразу поставил меня в элитное подразделение?

— Во-первых, это не моего ума дело, — сухо ответил следак. — А во-вторых, вы, кажется, собирались в чём-то признаться. И, наконец, в-третьих, у меня нет времени догадываться о том, что происходит в ваших мозгах.

— Я считаю, что Старый догадывался о причине пропажи ваших людей и специально внедрил меня в отряд таким образом, чтобы все об этом знали. Я для него никто и звать меня никак. Он мог просто высадить меня у ворот, и только за одно это я был бы ему обязан по гроб жизни. Но нет, он приобщил меня к делу, которое пользуется наибольшим уважением среди всей вашей общины. Зачем?

— Чтобы спугнуть крота? — подхватил мою мысль следак.

— Вот теперь мы с вами на одной волне, — оскалился я. — А теперь думайте дальше, и правильная версия обязательно сойдётся. Даже мой рассказ перестанет казаться выдумкой.

— Я всё ещё не вижу мотива для подобных действий со стороны Напалма.

— Кем он был в прошлой жизни? У него ведь была семья, дети?

— Допустим…

— Допустим, кто-то ему пообещал встречу с ними, — продолжил раскручивать версию я. — Может, даже обратить его, чтобы он смог с ними воссоединиться. А что, если с просьбой к нему обратилась сама жена?

— Мы никогда этого не докажем.

— А это смотря как задавать вопросы, — ухмыльнулся я.

— Вы намекаете на пытки?

— Я предлагаю вам оставить меня с ним наедине буквально на пару часов.

— Это исключено.

— Я не собираюсь его бить или пытать, как вы выразились. Я даже не против остаться в наручниках, если вам так будет спокойнее. Просто пустите слух, что я во всём признался, и оставьте меня с ним наедине.

— И как вы себе это видите?

— Поверьте, он обязательно явится, как только узнает, что меня приговорили.