Скандальный брак

Наверное, даже чрезмерной…

— Здравствуйте… И с Днем рождения вас, мы с Ромой…

Смущенная до невозможности, я поздравляю Мирона Багирова, когда он немного отстраняется от меня, но при этом не оставляет меня в покое. Продолжает держать за плечи и жадно рассматривает лицо.

— На Любашу так похожа… Сил нет как похожа…"

"Я не знаю, кто такая Любаша, но руки покрываются мурашками.

Резко вскидываю взгляд на Романа, услышав резковатое:

— Пап…

Мне даже обидно становится за такого внезапно искреннего и эмоционального Мирона. Кажется, всех Багировых вечно одергивает Рома, считающий, что эмоциональный диапазон как у зубочистки — это норма. Всё, что свыше — уже лишнее.

— Что «пап»? — Я еле сдерживаю улыбку, когда Роман получает достойный отпор отца. Это на меня он смотрел полным обожания взглядом, когда поднимает взгляд на сына — смотрит иначе. Строже и требовательней.

И, как ни странно, Роман ему уступает. Сбавляет тон и, склонив голову, произносит:

— С Днем рождения тебя.

Поздравление прямо говоря, скупое, но Мирона радует и оно. Он расцветает на глазах, отпускает меня и сжимает в объятьях уже сына, только сразу же все свое внимание возвращает мне.

Это совершенно устраивает Рому и заставляет грустить Лялечку. Я вижу, как она дует губки и постоянно склоняется к уху мужа, чтобы нашептать ему что-то.

Кажется, как бы мило мы ни общались пятью минутами ранее, конкуренции нам не избежать. Мне это не нужно, она заведомо меня победила. Хотя бы потому, что настоящая невестка в нашем кругу — она одна. Но, с другой стороны, радушие, которое проявили ко мне Багировы, сильно трогает.

Мы разговариваем о всяких мелочах. Больше всех — именинник. Над его редко удачными шутками Ляля смеется еще звонче, чем до этого. Роман продолжает стоять холодным особняком в нашей теплой компании, а я словно работаю проводником между ним и его семьей.

Меня эти люди не раздражают. Вокруг нас собирается самая настоящая толпа фотографов. Вспышки то и дело слепят, но я быстро к этому привыкаю.

Когда Роман опять склоняется к уху и шепчет:

— Отойду ненадолго. У тебя прекрасно получается, продолжай…

Переживаю одновременно тревогу и гордость. Приятно знать, что он оценил.

А еще, что ждет моего одобрения, а не ставит перед фактом.

Его рука съезжает по моему бедру только после того, как я киваю.

Он уходит, я же ежусь, ведь с ним я чувствовала себя надежней.

Но быстро снова беру себя в руки и включаюсь в разговор. К имениннику постоянно подходят его дорогие гости.

Отец Романа почемуто считает необходимым с каждым новым подошедшим познакомить «Мирочку — прекрасную избранницу его старшего сына».

На пятом человеке, которому меня представили именно так, становится неловко.