Брак по расчету, или Счастье для кимтарцев

Выслушав мою тираду, он не проникся, так и не подняв свои пушистые ресницы, чтобы взглянуть на меня открыто.

— Я вспылила, ты вспылил. Но ничего ужасного не произошло. Давай забудем об этом?

Сомнение тронуло его лицо заломом между темных бровей, но он все же поднял взгляд, уставившись на меня как на призрака.

— Угу. Будто ничего не было.

— Но я, — начал он, медленно наклоняя голову к плечу, заставляя темное полотно волос следовать за движением. — Не могу забыть своей ошибки.

— Не было никакой ошибки, просто немного погорячились! Лиам, прошу, — взмолилась я. — Перестань. У меня нутро выворачивается от этих ваших… условностей!

С трудом выбрав слово помягче, выпалила я, поднимая с пола металлическую заколку, служившую Лиаму совсем недавно.

С сомнением и опаской мужчина опустился на пол, позволяя обойти себя за спину и поднять со столика расческу с густой щетиной.

— Я сейчас приведу тебя в порядок, хорошо? И нет, я не предлагаю тебе близость, просто хочу, чтобы ты понял — я не держу на тебя обиду. Договорились?

Слабо кивнув, кимтарец вздрогнул, когда я собрала его волосы по плечам в свои пальцы и прогладила их по всей длине. Стараясь быть аккуратной, я прошлась щетинками по прядям, разглаживая их шелк, и собрала на макушке, скрепляя найденной заколкой.

— Почти все, — прошептала, заметив, как напряжены широкие плечи, прогоняя гуляющие по ним мурашки. — Там Туман вплел себе какие-то звенелки. У тебя есть такие?

Без слов ладонь Лиама нырнула в карман брюк и протянул мне клубок из тонких цепей с похожими набалдашниками размером с горошинку. Они были такие же звонкие, как и у Тумана, и вспомнив, как блондин закреплял их в волосах, я быстро заработала пальцами.

Почему-то мне не захотелось плести обычную косу из трех длинных прядей. Проявив фантазию, быстро затянула на концах плотный и круглый канат волос из пяти хвостов, украсив его этими цепочками.

— Вот и все, — довольная результатом, перекинула свою работу через плечо, демонстрируя мужчине. — Вроде неплохо.

— Мне… нравится, — все так же хрипло ответил Лиам и поймал мои пальцы на своем плече. — Прости меня, Ия. Не могу свыкнуться с тем, что ты другая. Каждое слово отзывается во мне возможной роковой ошибкой.

Горячий поцелуй обжег пальцы, но я не отдернула руку, позволив кимтарцу прижаться к ним гладкой щекой. Он ластился как огромный кот, боясь спугнуть, но целиком утопая в этом жесте, и у меня вновь сжалось сердце.

Они не знают ласки. Имеют о ней представление, но достаточно размытое, а местами совершенно неправильное. Терпят грубости, проглатывают боль и обиду, а ради чего? Чтобы иметь хотя бы фантомное ощущение того, что у них есть семья.

Это касалось не только моих мужей, а всех кимтарцев в принципе.