Брак по-драконьи (СИ)

— Ну, не говорить же им, в самом деле, что за мгновение до этого вспоминала об одном наглом драконе? — Очень хотела уйти из-под удара боевиков... Вот… Ушла...

— Плохо, Авелина, плохо, — магистр Эвдор осуждающе качнул головой. — Не ожидал от тебя такого. Базовые приемы, помогающие контролировать дар, изучают на втором курсе.

Я потупилась. Перед Эвдором было особенно стыдно. Но...

— Придется пересмотреть результаты экзамена, — жестко припечатал куратор. — Насколько я помню, ты сдала его на отлично? Хм… Сегодня же включу повторное тестирование в твое расписание.

Еще ниже наклонила голову и упрямо сжала губы.

Все равно про Тейджа ничего не скажу.

Когда меня, наконец, выпустили из кабинета ректора с суровыми напутствиями, дисциплинарным взысканием, отработкой и переэкзаменовкой сразу по двум дисциплинам — у Мары и у Эвдора, уже вечерело. В коридорах главного учебного корпуса было пустынно и тихо. Но не успела я сделать и пары шагов, как от стены отделилась стройная фигурка и решительно шагнула наперерез.

Марта.

Ее не уболтаешь, не убедишь россказнями о страхе перед боевиками, овраге и нулевом резерве. Она прекрасно знала мои возможности и лично подбирала несколько дней назад амулеты в семейном хранилище Дагвинов. Врать ей бесполезно. Да я и не собиралась этого делать. Марта — часть меня, а лгать себе самой, по меньшей мере, глупо. Придется говорить правду.

Я примерно представляла, как подруга отреагирует на мои откровения. Представляла, какой бой придется выдержать с собственной тенью. Впервые в жизни.

И от этого становилось тоскливо

Маленький юркий вестник, похожий на разноцветную колибри, в последний раз взмахнул радужными крыльями и рассыпался, оставив в моих протянутых ладонях короткую записку:

«Завтра в восемь вечера в домашнем кабинете. Не опаздывай. Папа».

Мог бы и не подписываться — почерк Сирила Дагвина я различала всегда и сразу. С первых уверенных размашистых букв.

Его величеству, разумеется, уже сообщили о происшествии. Вернее, не ему, а Баиру Вингнору, который в официальных академических документах значился родителем адептки Авелины Вингнор. Но если учесть, что Баир был доверенным приближенным отца, связанным с ним клятвой верности, папочка узнал обо всем практически мгновенно. Убедился, что со мной все в порядке, и я не пострадала — иначе вызвал бы сразу или, не приведи Создатель, махнул рукой на маскировку и явился бы лично, — и теперь жаждал подробностей.

Я вздохнула, передала записку Марте и печально уставилась на темнеющие неподалеку кусты.

После утомительной беседы в кабинете ректора возвращаться к себе в комнату не хотелось. Леа и Теа, наверняка, уже там — сидят в засаде, караулят.