Невольный брак

Я боялась лишний раз вздохнуть, не говоря уже о том, чтобы посмотреть на дознавателя, и вздрогнула, едва прозвучало: — Лира Элания, скажите, вы умеете играть на этом чудо-сложном в моем представлении инструменте? — Ламир указал на пылящееся в углу гостиной фортепиано.

— Да, — нерешительно отозвалась подруга, растерянно посмотрев на мужчину.

— Тогда могу я попросить вас об одолжении исполнить что-нибудь не очень быстрое, но и не слишком медленное?

— Конечно, — девушка вскочила на ноги и направилась к инструменту, а вот Ламир подошел ко мне и встал напротив. — Лира Айрис, не откажете мне в удовольствии потанцевать с вами?

От неожиданности я растерялась и ответила на приглашение согласием. Едва зазвучали первые аккорды хорошо знакомого вальса, он низко и учтиво поклонился и предложил мне широко раскрытую ладонь. Я присела в глубоком реверансе и с замиранием сердца вложила в нее пальцы. Ламир вывел меня на середину гостиной и приобнял за талию, слегка прижимая к себе. Я, так и не осмелившись поднять на него глаза, устроила руку на крепком плече, тем временем как вторая осталась в плену у дознавателя. Словно по чьей-то негласной команде мы одновременно сделали первое па. Мужчина двигался легко и уверенно, казалось, и вовсе парил, увлекая меня за собой, заставляя следовать за ним, подчиняться…

Первые секунды растерянности быстро сменились восторгом. Я полностью отдалась во власть чарующей музыки, восхитительного момента и порхала по гостиной будто бабочка. Желто-оранжевое платье через каждые три такта при резком повороте развевалось и вспыхивало, словно пламя в камине, но так же мгновенно гасло, чтобы через несколько секунд зажечься с новой силой.

— А вы превосходно танцуете, — с толикой удивления заметил Ламир, вызвав своим признанием улыбку.

Жар, исходивший от его ладони, покоившейся на моей спине, заставлял еще сильнее биться и без того заходившееся сердце. Близость Ламира и аромат его парфюма дурманили похлеще крепкого вина, подталкивая смотреть в синие глаза и забывать обо всем в объятиях этого мужчины. Очередная стена рухнула так же скоро, как и была возведена. Мы танцевали молча, никто из нас не стал нарушать волшебство момента. Но все даже самое прекрасное всегда заканчивается.

— Надеюсь, лира Айрис, ваши ноги остались в целости и сохранности? — во всеуслышание проговорил мужчина леденящим душу тоном, едва смолкло фортепиано.

Он быстро вернул меня на землю, не позволив еще хоть мгновение полетать в облаках. В любую другую минуту щеки непременно заполыхали бы огнем, но они и без того горели от быстрого танца.

— Да, лэр Тонли. Я забираю свои слова обратно и приношу вам извинения, — отозвалась в ответ не менее четко и громко.