Невольный брак

Следовало поскорее встать, чтобы не простыть, но ноги беспрерывно разъезжались на обледеневшей земле.

— Лира Айрис? — раздался над ухом взволнованный голос дознавателя, который подхватил меня под локоть и рывком помог подняться. Он взмахнул рукой, и морозный ветер куда-то исчез, уступив место окутывающему теплу. — Что вы здесь делаете?

— Вам не стоит никуда уезжать сегодня. — я потупила взгляд, не осмелившись проговорить это, глядя мужчине в глаза.

— Сегодня? — непонимающе спросил Ламир, но потом до него дошло. — Тогда пойдемте в дом, лира Айрис. Не будем тратить время. У нас его не так много осталось.

Мы все вместе завтракали, обедали, старались как можно больше шутить и улыбаться, хоть это было безумно сложно. Вечером повар подал роскошный праздничный ужин. Вот только даже кусок в горло не лез. Никто не отходил от Аарона ни на шаг, но, едва часы пробили одиннадцать, он попросил Ламира покинуть комнату на пару минут и зайти после меня.

— Ну что, Айрис, вот и настало время нам прощаться, — супруг натянуто улыбнулся. — Береги себя!

— Я люблю тебя, папа! — бросилась на грудь Аарону. — Ты лучший отец на свете.

— Ия люблю тебя, доченька! А ты — мой второй подарок судьбы, и я рад. что мы с тобой встретились. Жаль, что так поздно, но Катрина и так меня уже заждалась. А теперь позови Ламира, я должен перед уходом еще дать ему пару наставлений.

Я поцеловала его в щеку, изо всех сил сдерживая слезы, крепко обняла и направилась к двери. Там, стоя у выхода, я еще раз обернулась и долго-долго на него смотрела, пытаясь запомнить до мельчайших черточек дорогой мне образ. Нажав на ручку, с невидящим взором двинулась к себе, столкнувшись по пути с Ламиром. Я сидела на кровати в своей комнате и раскачивалась из стороны в сторону. Внезапно за окном завыла вьюга, словно безутешно рыдающая мать по своему ребенку, а часы в комнате остановились. Я все поняла… Ведь давно уже заметила, что все самое плохое происходит непременно ночью.

Зажав между зубами платок, чтобы помешать крику сорваться с губ, завыла. Боль и горе, поселившиеся где-то в груди, казалось, вот-вот разорвут меня на части. Словно им стало внутри невыносимо тесно и они захотели покинуть мое тело."

"Комната, погруженная во мрак, вдруг наполнилась светом — зеленоватым, сперва тусклым, едва заметным, но с каждой секундой он становился все ярче, в какой-то момент и вовсе прогнал темноту даже из самых дальних углов. Я попросила, чтобы меня оставили в покое, выключили свет и не тревожили всю оставшуюся жизнь. Но, оказалось, сияние исходило от моей кожи. Я закричала от дикого ужаса, и тогда помещение залил ослепительный свет. Раздался звон бьющегося стекла, будто дикий зверь, затаившийся где-то в помещении, от испуга выбросился в окно.