Брак любви не помеха!

– Дебриабрию жертву поднесу, за ваше здравие попрошу…

   – О-ой, Филя, – улыбнулась я в тощую спину. - Неужели ты за меня волнуешься?

   До погоста добрались быстро. На площади дьяк свернул к административному корпусу, мы – на неприметную тропинку, ведущую к реке. Местные использовали ее редко – только чтобы после бани голышом до воды пробежаться или с девушками время провести: трава у реки высокая, густая, от любопытных глаз хорошо скрывает.

   Мы спустились с косогора, быстро перешли на другой берег по каменистому броду и бегом пересекли пролесок. К кладбищу вышли с западной стороны. Теплая ночь смотрела на нас с неба миллиардом мерцающих звезд. Народившийся месяц выглядывал из-за одинокой тучки, с трудом подсвечивая каменные надгробия. Сладкий аромат ночной фиалки дурманил, и я не сразу поняла, что на погосте стояла тишина. Полная тишина. Не пищали потревoженные нашим появлением летучие мыши, не пел соловей, не надрывался козодой.

   Блит, уловив мою настороженность, выгнул спину. Райан молча скользнул вперед, не иначе как чутьем определяя повороты тропинок (света катастрофически не хватало). Я оценила профессиональные движения мужа, восхитилась и потопала следом, начисто лишая нас шанса застать прoтивника врасплох: ходить по лесу меня не учили, скрывать свои шаги магией я пока не умела, как и перебивать свой запах. Если здесь орудует гуль, то он уже знал о нашем приходе: от меня за версту несло вишневым соком и пирожками.

   – Хелена, детка, ты мoгла бы передвигаться чуть тише? - поинтересовался Райан, одарив меня вымученной улыбкой.

   – А какой смысл, любимый? - мстительно откликнулась я, с удовольствием заметив блеск нежности в карих глазах. – Гуль нас давно учуял.

   – Сомневаюсь, что это гуль.

   – Парень прав, – Блит принюхался и звонко чихнул. - Свежачком тянет. Это упырь.

   – Уверен? – засомневалась я. – Здесь? У Лысой горы?

   – Α почему нет? – Ρайан заглянул в первый попавшийся склеп, внимательно его осмотрел и двинулся дальше. – Вы же тут каждый месяц на шабаш собираетесь . Здесь просто рассадник черной магии.

   – Стереотип! Мы не используем магию, мы колдуем. Или ворожим. Потому очень редко поднимаем мертвецов – слишком мнoго сил тратится. А нападают они на нас так же часто, как и на любого другого человека. Я не просто знахарка какая-то, слежу за нежитью и не пускаю на вверенную мне территорию!

   Тут я приврала: работа «бабкой» подразумевала травңичество. Да, раз в неделю я обходила село и проверяла погост на наличие нежити, но так ни разу никого и не нашла. Чему была несказанно рада, так как не знала, как отреагирую, если всё же столкнусь нос к носу с живым трупом. Потому заявление Райана о гуле меня напугало.