Брачный сезон. Сирота

— Ох, и правда! Какой гладкий, нежный-нежный! А если сжать, то твердый.

Очень захотелось выглянуть и узнать, кто же такой нежный но твердый. Но держусь. Нельзя. Меня может выдать любой случайный скрип.

— Поцелуй его.

— Я не знаю… не хочу. Это странно. Я, наверное, пойду.

О, в деве проснулась разумная осторожность. Похоже, этот “нежный и твердый” ее напугал."

"— Пожалуйста, не уходи. Не бойся. Я попросил тебя… потому что мне это было бы очень приятно. Это для тебя совершенно безопасно. А я был бы очень рад. Кстати, ты ведь знаешь, что мой отец разводит лошадей ассинской породы. Завтра у твоего порога будет молодая ассинская кобылка. От неизвестного поклонника.

На несколько секунд комната погрузилась в молчание.

— Белая, — вдруг произнесла девушка.

— Белая?

— Белая кобыла.

— Хорошо, конечно.

— А… как целовать?

Дальнейшие инструкции я не слушала. Не хочу все это знать.

Вскоре в комнате стало почти тихо. Лишь едва слышимые мужские стоны до меня доносятся и опять что-то вроде причмокивания. Вот ведь попала я. Поскорее бы все кончилось и я оказалась дома.

— Да, да, попробуй взять его глубже, — говорит мужчина.

В ответ раздается лишь недовольное мычание.

— Быстрее, ну же!

Мычание.

Прям как лошадь подгоняет. Или скорее корову, с учетом мычания.

— Достаточно. Неплохо для первого раза. У тебя, похоже талант. Ложись на спину, — в мужском голосе прорезались нетерпеливые властные нотки. Кажется, он понял, что за обещание белой кобылки он может не уговаривать, а требовать.

Тихие шорохи. Нежные девичьи стоны.

— Какая же ты сладкая.

— Твои пальцы… они опять там.

— Да. Ты выгибаешься. Я вижу, знаю, что тебе сейчас очень хорошо.

Молчание. Но недолго.

— Ой. Ты гладишь меня там… им.

— Он тоже хочет тебя потрогать, а там больше всего. Там ты горячая, влажная, там ему будет очень уютно.

— Но… я ведь невинна. А это, наверное, то самое…

— Нет, что ты. Он просто трется об тебя.

— Ну… ладно. М-м-м… — девушка вновь и вновь и тихо стонет, но потом вновь напряженно произносит. — Он глубже заходит.

— Тебе приятно?

— Очень. Особенно, когда он трется. И хочется, чтобы он еще глубже вошел.

— Он войдет если хочешь. На всю длину. Тебе будет очень приятно, когда я буду двигаться уже полностью в тебе. Ты хочешь этого, моя нежная роза?

— Да, но…

— Не бойся, это не то, о чем ты думаешь, ты останешься невинна, я обещаю.

— Ну, я не знаю. Я не уверена.

— Я не тороплю тебя с ответом. Раздвинь ножки шире. Не зажимайся. Да, вот так, еще шире. Сейчас я приподниму твои бедра. Хочу потрогать твою мягкую, большую попочку, ох, какая же она восхитительная. Ты сводишь меня с ума!

— О, да, да! — сладко стонет девушка. Неужели там все так приятно? — Еще, еще, пожалуйста… Ай!

Ай? Что: “Ай”?

— Он вошел в меня, — изумленно произносит обладательница большой попы.