Брачный приз

— Розамонд, — прошептал ей на ухо принц Эдуард, — до меня доносится каждое слово вашей перебранки.

Девушка вызывающе повела плечом.

— Нам по крайней мере нечего скрывать! — выпалила она и тут же осеклась, готовая откусить предательский язык.

Род больно сжал ее пальцы, но она понимала, что заслужила куда более суровое наказание.

Удостоверившись, что Розамонд поняла предостережение, он поспешно сменил тему, чтобы выручить ее:

— Советую завтра подняться на крепостной вал. Тебя ждет незабываемое зрелище. Граф Симон предложил воинам переплыть ров в полном вооружении.

— И ты тоже намереваешься участвовать?

— Разумеется.

— Прекрасно! Прыжок в ледяную воду может оказаться лучшим лекарством для этой опухоли, — объявила она и, лукаво подмигнув, пояснила: — На твоей руке.

Нет, он не допустит, чтобы последнее слово осталось за ней! Род навел справки о рыцаре по имени Рикард и узнал, что это не кто иной, как Рикард де Берг, чей богатый ирландский род владел всеми землями к западу от реки Шаннон. Услышав это от своего оруженосца Гриффина, Роджер едва не задохнулся от зависти — зависти к такому отцу и столь обширным владениям. Розамонд Маршал таяла, произнося имя Рикарда, и в груди Роджера поселилась змея ревности.

— Твой странствующий рыцарь, сэр Рикард де Берг, насколько мне известно, вернулся в Ирландию.

— В Ирландию? — заволновалась Розамонд. Роджер с притворным участием покачал головой:

— Поговаривают о свадьбе. Невеста, разумеется, ирландка. Что ж, нет ничего разумнее, чем жениться на соотечественнице.

Нет, этого не может быть! Не может быть!

Розамонд ощутила, как сжимается сердце. Кажется, оно вот-вот остановится!

Она сникла, охваченная мучительной тоской, безразличная ко всему окружающему, сознавая только, что боль с каждой минутой становится сильнее. Горло перехватило, она едва могла дышать. Слезы жгли веки, а в ушах стоял оглушающий рев.

Роджер, не сводивший с нее взгляда, понял,, что творится в душе его невесты. Он пылал злорадством, сообщая ей новость, но сейчас совесть не давала ему покоя. Первым его порывом было утешить Розамонд, но это было бы по меньшей мере глупо. Будь он проклят, если станет поощрять чувства своей невесты к другому мужчине, особенно к безупречному Рикарду де Бергу!"

"Розамонд не знала, долго ли она просидела неподвижно, тупо уставясь в пространство. Наконец она немного пришла в себя и с облегчением увидела, что слуги убирают со столов. Она честно боролась с безумным желанием сорваться с места и убежать и при этом сознавала, что если не останется одна, попросту сойдет с ума. Словно во сне Розамонд поднялась, поклонилась лорду Эдуарду и величаво выплыла из парадного зала.

Но даже когда она очутилась в спальне, желание куда-нибудь скрыться не исчезло.