Брачный приговор

— Он угрожал тебе?

— Нет… Боже, нет, — я качаю головой, хотя он не видит меня. — Не произошло ничего против моего желания, я говорю тебе чистую правду. Тем более охрана рядом. Они бы вмешались, если бы я захотела.

Чертов протягивает ладонь.

Я сомневаюсь, потому что голос Самсонова далек от миролюбивого. Но я поддаюсь ему, надеясь, что они все-таки найдут общий язык. Или хотя бы не пошлют тонну проклятий в адрес друг друга.

— Папа, Саша хочет поговорить с тобой.

— Саша? — Самсонов не понимает о ком я, ему требуется несколько секунд, чтобы соотнести это имя с Чертовым. — Ах… Ну пусть Саша говорит.

Я отдаю трубку. Следом опускаюсь, опираясь на бедро Чертова, и жалею, что вечно выставляю громкость на всю мощность. Я даю слабину и не хочу слышать их разговор, лучше потом по лицу Чертова понять, как он сложился. Но динамик работает выше всяких похвал, я даже протяжный выдох отца различаю.

Черт, он зол.

Или сбит с толку?

Опасается, что еще придется защищать меня?

— Виктор, — Саша звучит сдержанно и спокойно.

— Ты же отдаешь себе отчет в том, что делаешь? Она сейчас очень хрупкая.

— Я знаю. Я не делаю ничего плохого.

Я провожу ладонью по его бедру, чувствуя, что он слегка заводится. Все-таки Чертов не терпит давления, тем более от другого мужчины, у него на уровне рефлекса срабатывает механизм сопротивления. Не прогибаться и не оправдываться, наоборот, начинать давить в ответ.

???????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????

— Ты трезв?

— Абсолютно.

— Хорошо, — отец растягивает слоги, как делает, когда параллельно размышляет о важном. — Я доверяю дочери. Она привела тебя в свой дом, и этому никто не посмел мешать. Но сегодня твои люди затребовали встречу в моем офисе. Что происходит, Капо? Чего ты хочешь?

— Я отзываю наши сделки.

— Что это значит?

— Это значит, я хочу вернуть выкуп. Мои люди приедут, чтобы оформить все официально.

Повисает пауза.

Неуютная, звонкая.

Я прекрасно понимаю смятение отца, я сама еще не до конца осознала решение Чертова. Он вчера что-то говорил на эту тему, но я запуталась в собственных ощущениях. Вчера его поцелуи были намного важнее.

— Давай поговорим потом, — добавляет Чертов, — когда документы будут подписаны. Ты не должен верить мне на слово.

— И не собираюсь."

"Самсонов добавляет еще что-то, но это уже не разобрать. Звучат гудки, после который Чертов опускает сотовый на тумбочку. А я пытаюсь понять, из-за чего не могу успокоиться.

“Но мой отец не требует выкуп.”

Выплывает из памяти.

Боже, его так задели мои слова?

— Пора завтракать, малышка, — Чертов переводит тему прежде, чем я успеваю заговорить об этом. — У тебя сегодня есть дела?

— А что?

— Хочу забрать тебя. Я кое-что придумал, тебе должно понравиться.

— У моей охраны точно случится инфаркт.