Брачные ошибки

Но сейчас он опять пытался “отмазаться”, всё ещё не веря, что девчонка сможет сделать что-то серьёзное.

Я успокаивающе погладила мужа по плечу и сказала:

– Иди посиди рядом с Бертой. Я сама договорюсь.

– Эльза, он же мне правда обещал!.. – похоже, Эрик не мог смириться с таким откровенным обманом. Он выглядел совершенно потрясённым.

– Ступай и ни о чем не волнуйся.

Отправив своего так называемого мужа в соседнюю проходную комнату, где нас дожидалась Берта, я приступила к делу:

- Прямо отсюда, почтенный господин фон Гольц, я поеду к законнику мэтру Берхарту и уточню у него, так ли это на самом деле. А вам, господин фон Гольц, придётся предоставить свидетелей, которые подтвердят, что эти деньги вы уже передали. Достойных уважения свидетелей.

- Можете ехать куда хотите, милая баронесса. Но эти деньги я должен передавать не вам, а вашему мужу. Если вы еще не забыли: вы теперь замужняя дама, и все такие вопросы может решать только ваш муж. А я утверждаю, что деньги передал!

- Мой муж, дорогой господин фон Гольц, подпишет любое разрешение для решения любых вопросов, понимаете? Разумеется, разрешение будет оформлено на мое имя. Уж такие-то вещи вы должны видеть. Так что не будем затягивать процесс. Вы только что грубо обманули мальчика, и такого он вам не простит. Кроме того, вы не боитесь судебного процесса и скандала через пару лет? Эрику исполнится восемнадцать, – напомнила я. – А уж скандал я устрою такой, что весь город будет в курсе вашего воровства и попытки обобрать сироту.

– Не смейте оскорблять меня в моём доме! – раздраженно запыхтел мерзкий старик. – Ступайте отсюда вон! Или я сейчас кликну лакея, и вас выведут с позором!

– А вы отправитесь в долговую тюрьму*, – совершенно хладнокровно я выкинула свой последний козырь.

Не зря говорят: кто владеет информацией, тот владеет миром. Упоминание долговой тюрьмы существенно продвинуло наши переговоры. Похоже, до этого дня господин фон Гольц был свято уверен, что малолетняя баронесса, выращенная маменькой в дальнем поместье, знать не знает таких подробностей. Поэтому, когда я пригрозила ему тюрьмой, господин фон Гольц сдулся. Огласки он, как я поняла, не боялся. А вот попасть в застенки не желал.

После этих слов старик принялся торговаться, утверждая, что у него нет нужной суммы сейчас, что он заплатит частями когда-нибудь потом… Конечно, к законнику я не ездила: ему платить нужно. Но предыдущим вечером выяснила у Берты всё, что знала она сама. А знала она таких историй, как выяснилось, множество: в эту тюрьму иногда попадали даже её знакомые, имевшие глупость занять во время болезни деньги у ростовщиков.

***

В этой реальности существовал прелестный социальный институт, который так и назывался: “долговая тюрьма”.