Брачные контракты

Кирус Март уже ожидал меня там в обществе кир Гинзы, с серьёзным видом толкуя с ней о новых налогах на торговлю тканями:

– Конечно, кир Гинза, ткани от этого дешевле не станут. Зато это должно сократить выпуск из привозного сырья. В провинции Лагедо шелковичные черви у нас ничуть не хуже...

– Добрый день, кирус Март. Я рада вашему визиту!

Мы поддерживали нудную застольную беседу, переглядываясь над заставленным столом и улыбаясь.

Надо сказать, что ман Сона, получив в подарок от кируса Лерго на свой день священия уютную меховую жилетку, сразу отнесла его к «надежным и основательным мужчинам».

– Не то, что эти вертопрахи с цветами и всякими модами, кир Стефания. – говорила она, любовно поглаживая бежевый уютный мех. – Да вы и не хихикайте, а присмотритесь получше!

Под «вертопрахами с цветами и модами», как ни странно, она имела в виду бедного кируса Террино. Однажды, когда он заходил по делам, она услышала от него фразу «модное украшение». Кирус имел в виду украшение тортов. Но ман Сону было не убедить. Кирус, на свою беду, преподнес ей небольшой красивый торт, чем возмутил её до глубины души.

– Это что ли он сказать хочет, что я готовлю хуже, что честной поварихе он чужую еду дарит?!

Уж она-то теперь точно знала, что мое «доброе имя» под угрозой от всякой там «моды и прочих глупостей»!

С тех пор в дни его визитов к чаю подавались исключительно конфеты и пирожные из моего цеха, а к столу кируса Марта обязательно ещё и пирожки с мясом, булочки и холодная мясная нарезка.

Надо сказать, что каждый из кирусов был вполне доволен тем, что стояло на столе. Так же довольна была и ман Сона, свято уверенная, что она указывает кирусу Террино что его визиты всегда не кстати, раз для него не находят «нормальной», домашней еды.

К моим кондитерским экзерсисам ман Сона, надо заметить, всегда относилась по принципу – чем бы дитя не тешилось...

Вот и сегодня, как обычно, на столе горкой высились сырные булочки, кунжутные хлебцы, горчица, острый соус, несколько сортов мяса и скромная вазочка зефира. Чаепитие с кирусом Мартом всегда напоминало полноценный ужин. Наконец, кирус, жмурясь от удовольствия, доел кусок домашней буженины, сделал последний глоток чая и вопросительно глянул на меня.

– Кирус Март, как вы думаете, не стоит ли нам прогуляться в порт? Там есть одна лавочка, где продают удивительной красоты раковины...

Кир Гинза тихонько вздохнула...

В той самой припортовой лавочке, где кир Гинза задремала в углу, удобно устроившись в кресле хозяина, кирус Март сделал неожиданную вещь. Он купил одну из этих шипастых красавиц, чёрно-бурых с наружной стороны и перламутрово-розовых, с переливами и вкраплениями мелких алых брызг. И прямо там, у прилавка, сказал, протянув мне это диво:

– Кир Стефания, это мой подарок... подарок вам.