Брачное агентство Сердце дракона для попаданки

— Ты думаешь, они хотят видеть своего господина растерзанным на куски? Ты думаешь, что им важно, что ты был гордым, когда умирал?

Его лицо исказилось от гнева, но он не спешил отвечать. Это молчание было хуже любых слов, и я почувствовала, как слёзы наворачиваются на глаза.

— Если ты не уйдёшь, ты погибнешь, — вновь повторила я, уже не стараясь скрыть дрожь в голосе. — Или слетишь с катушек. Не знаю даже, что хуже. Всё это будет зря.

Он медленно подошёл ко мне, его глаза засверкали, как расплавленное золото в темноте. На щеках появился намек на чешую.

— Ты думаешь, что это просто? — его голос был тихим, но от этого не менее угрожающим. — Ты думаешь, я могу просто уйти и начать всё заново?

— Да, — прошептала, глядя прямо ему в глаза.

Мы смотрели друг на друга, и напряжение между нами было почти осязаемым. Я видела, как его гордость, его страхи борются с тем, что я сказала. А затем он вздохнул, его плечи осели, и он отвёл взгляд.

— Хорошо, — сказал он наконец, его голос был глухим. — Я уйду.

Моё сердце дрогнуло, но я знала, что это был единственный правильный путь.

— Спасибо, — прошептала я, но Дормор поднял руку, останавливая меня.

— Не благодари, ведьма, — сказал он, его голос снова стал холодным. — Это не для тебя.

Хотела ответить, но не успела. Дракон отвернулся, и, несмотря на его гордую осанку, я видела, как тяжело ему далось это решение.

Когда Дормор вышел за дверь, я осталась одна, слушая, как его шаги растворяются в ночной тишине. И только тогда позволила себе заплакать.

Почему? А черт меня знает… Может, я случайно днём пролила зелье слезоточивости?

30"

"Слова Хелен всё ещё звучали в моей голове. Каждое — острое, как лезвие кинжала. Она снова и снова пыталась втолковать мне, что я должен уйти. Как будто я могу просто исчезнуть. Как будто моё существование — это всего лишь временное неудобство для её спокойной жизни.

Я не мог поверить, что действительно согласился. Но аргументы этой ведьмы… чертовски логичные и холодные… заставили меня остановиться. Нет, она не убедила меня. Я сам принял решение. Потому что знал: если останусь, то уничтожу всё, что мне дорого. В том числе и её.

Тени окружали меня, растворяясь в ночи, как всегда. Они пришли на мой зов, бесшумно, без вопросов, как должно быть. Я привык к этому. Привык, что мои приказы выполняются безоговорочно. Но сейчас это раздражало. Всё раздражало. Слова Хелен, её лицо, её грёбаные рассуждения… и то, что я поддался. Ушёл.

Я, Кхагар Дормор, покинул Литерию не потому, что проиграл или испугался. А потому что она убедила меня. Своей проклятой логикой, своими словами, своей ненавистью, пропитанной странной заботой. Не понимал, почему всё это выворачивало меня наизнанку. Это было неправильно. Непростительно.