Брачная афера, или Целительница в бегах

Глаза оставались закрытыми, и я видела пред собой бесконечную красную пелену.

— Я не смогу от него избавиться. Он же мой… наш. Да, я люблю Кирана, давно люблю. Но я не собираюсь становиться между вами, отнимать его у тебя… Просто у меня будет наш ребенок. А у вас потом обязательно будут свои дети… Вы будете жить долго и счастливо. А у меня останется его частичка… Я ведь о многом не прошу, Миранда… лишь о крохотном кусочке счастья. Знаешь, я сначала так испугалась, а потом обрадовалась. И знаю, что ты поймешь… ты же… поймешь меня, Миранда?

Астра еще что-то говорила, кажется, уговаривала ее простить, давила на жалость, на мои чувства, взывала к нашей многолетней дружбе. Пробовала объяснить, как она — моя лучшая подруга — забеременела от Кирана, моего жениха.

О, да, я прекрасно представляла, как! Самым что ни на есть естественным образом. И я уж точно не ждала подробностей. Только не их! Я не желала это знать.

— Что ты хочешь? — прохрипела я, поднимая глаза.

Красная пелена спала. Комната все еще слегка расплывалась, но лицо Астры я видела отлично. Подруга… вернее, уже бывшая подруга, застыла, захлебнувшись на полуслове, и замолчала, медленно сжимаясь под моим взглядом.

— Так что ты хочешь? — повторила я, выпрямляясь.

Странно, но боль я уже не испытывала. Внутри все будто заледенело и покрылось тонкой корочкой льда.

— Ничего, — едва слышно прошептала Астра. — Ты моя подруга. Я не могу тебе лгать.

«Подруга… и она еще смеет говорить мне такое?»."

"От моей кривой улыбки и ярости, вспыхнувшей в глубине глаз, Астра пошатнулась и отстранилась, рефлекторно прикрывая живот ладонью. Словно я… словно я какое-то чудовище, способное нанести вред ее… их ребенку.

— Миранда… пожалуйста, — прошептала она.

Ее глаза заполнились слезами, а нижняя губа задрожала. Вот только жалости к ней я больше не чувствовала.

— Мне надо выйти, — прохрипела я и резко зашагала в сторону двери.

Наверное, попробуй Астра меня сейчас остановить, я бы ее ударила. Не сильно, но ударила. Однако бывшая подруга тут же отступила в сторону, решив не вставать на моем пути.

Не помню, как я миновала коридор, как стремительно сбежала по лестнице, лишь чудом не сломав себе шею, и оказалась на улице. И как вошла в мужское общежитие тоже не помню. Очнулась я уже у знакомой двери с небольшой вмятиной, облупившейся цифрой двадцать пять и обугленной ручкой — результатами экспериментов Кирана. Мне тогда сутки пришлось отпаивать его зельями.

«Как давно это случилось! Словно в другой жизни. В жизни, где мы были вместе».

Я решительно постучала в дверь, но ответом мне стала тишина. Только вот я знала, что Киран там, просто не желает никого видеть. И о причинах его нежелания я тоже знала.

Рука застыла на дверной ручке.