Брачная афера, или Целительница в бегах

Тебе не удалось воззвать к моей совести, образумить меня, призвать к порядку. К Кирану я не вернусь. Предательство не прощают.

— Мальчик всего раз оступился.

— Для меня этого достаточно.

Я повернулась к застывшей госпоже Форест, которая не торопилась вмешиваться в наш разговор.

— Наверное, вы мечтали о другой невестке для вашего сына. Однако получили меня. Не знаю, чего вы добивались своим приездом сюда, но разлучить нас у вас не получится. Можете даже не пытаться. Мы с Форестом очень… любим друг друга.

Как легко и просто последняя фраза сорвалась с моих губ! И это подействовало на меня, как небольшое озарение. Вспышка, которая осветила все два месяца, что я провела в тридцать третьем форте.

Перед глазами словно в калейдоскопе промелькнули все наши встречи, разговоры, взгляды, улыбки и намеки. Только сейчас я осознала: Форест неизменно меня поддерживал. Всегда помогал. Конечно, ворчал, возмущался, пробовал отговорить, но поддерживал и вставал на мою сторону. Я вспомнила, как он спас меня от толпы, когда мы начали восстанавливать парк, какие слова он говорил тогда, как вешал вывеску, как нашел помещение для лавки зельевара и спрашивал моего совета.

Форест никогда не пытался переделать меня. Он хотел узнать меня настоящую.

И когда неслась по лужам, спасаясь от отца, я бежала именно к нему, поскольку знала: Форест не бросит. Он обязательно спасет меня.

Ох, какая же я была дура! Как не догадалась сразу? Как за признательностью и доверием, за нашими откровенными разговорами и милыми подарками не распознала первые ростки любви? Как же я была слепа!

Боги, насколько же очевидно, что я полюбила Бенджамина Фореста. И это вовсе не страсть, не огонь желания, который вспыхнет и исчезнет, рассыплется пеплом. Это настоящая любовь: мягкая, нежная, основанная на общих интересах, на дружбе и взаимопонимании. Она росла и крепла день ото дня, становясь все сильнее и глубже.

Мысль о том, что я могу провести всю оставшуюся жизнь в качестве его жены, совсем не внушала ужаса. Напротив, сейчас она превратилась в мечту.

— Миранда, ты не понимаешь, это не любовь, — попробовала вразумить меня мама.

Но я ее не слушала. Я вообще никого не слушала. Сейчас мне жутко хотелось увидеть мужа, обнять его, поцеловать и рассказать, какой дурой я была все это время, что не поняла самого главного.

У меня даже сомнений не возникло в том, что мои чувства взаимны. Форест любил меня! Я видела это в каждом взгляде, в каждом жесте, в каждой улыбке, слышала в каждой фразе. Он просто находился рядом и ждал, когда я наконец-то прозрею.

— Нет, это вы не понимаете, — тихо, но твердо ответила я, поднимаясь. — Вам нас не разлучить. Даже не старайтесь. И если вы не хотите потерять нас раз и навсегда, то лучше подумайте о своем поведении.