Божий дар

Быстрой, молодой, летучей походкой направился к метро, а навстречу ему уже торопилась хорошенькая девочка в красном беретике. Они улыбались друг другу, и было совершенно ясно, что пятница, тринадцатое — это их счастливый день. Один из многих.

Медленно спустился по ступеням крыльца Плевакин, поднял глаза, кивнул Никите.

— Хотел сказать: ты большой молодец.

— Спасибо.

Прошелестел полами черного плаща Райский, скривил тонкие губы в подобие улыбки, свернул на стоянку, к своему похожему на катафалк черному джипу. И почему Райский выглядит словно гробовщик? Хотя… Знал Никита одного гробовщика по фамилии Рубинштейн. Точнее, не гробовщика, а владельца фирмы по изготовлению и продаже гробов на заказ. Милейший, обаятельнейший человек, румяный сибарит, большой любитель хорошей кухни и охотник до красивых женщин. Густым шаляпинским басом Рубинштейн травил еврейские анекдоты, а потом сам же первый хохотал над ними.

«Все смешалось в доме Облонских, — подумал Никита. — Гробовщик похож на актера оперетты, актер оперетты — на директора завода, судья — на гробовщика».

Никита выбросил окурок в урну и тут же закурил новую сигарету. Он ждал Лену Кузнецову, с которой договорился сегодня сходить наконец поесть борща к Петро.

Вторая сигарета догорела, а Лены все не было. Никита подумывал, не закурить ли еще одну, но решил, что разумнее и здоровее вернуться в здание и подождать Лену в вестибюле."

"Говоров присел на банкетку напротив лестницы. Слышно было, как где-то в конце коридора кто-то говорит по телефону. За закрытой дверью каптерки охранников бубнил телевизор. Народ в основном уже разошелся — кто по домам, кто на свидание, кто куда. Было тихо и пустынно.

Наверху зацокали каблуки — весело, торопливо. Никита поднял глаза. Лена Кузнецова прыгала на одной ноге по ступенькам.

Никита вскочил с банкетки, бросился навстречу, подхватил ее под руку.

— Лен? Ногу подвернули?

Лена рассмеялась:

— Нет. Извините, Никита, я вас не видела.

На самом деле никакую ногу Лена не подворачивала. Просто ей было так хорошо и радостно на душе, что хотелось петь, плясать и прыгать на одной ноге. Вот Лена и запрыгала по лестнице. Хорошо, петь не стала. А то бы Говоров окончательно решил, что она ненормальная.

— Точно все в порядке с ногой?

— Точно. И с ногой, и со всем остальным!

— Вы прямо светитесь. Случилось что-нибудь?

— Да! Случилось! Сегодня пятница, тринадцатое, лучший день в году, вот так-то! Все счастливы, стороны подписали мировое соглашение, Сашка с одноклассниками делает стенгазету, и меня никто раньше полуночи не ждет, так что идем есть борщ, потому что я дико проголодалась, а все остальное потом расскажу! Господи, как же я хочу есть! Это, наверное, от радости!

Никита впервые слышал, что женщина от радости хочет есть.