Ботаник

Удовлетворен, господин?

— Удовлетворен — я сунул Рафалю мелкий серебряник, тот без всякого стеснения степенно опустил его в свой кошель. Информацию дал? Дал! А она между прочим денег стоит. Работа сделана, а всякая работа должна быть оплачена.

Рафаль попрощался и степенно продолжил свой путь по улице. Прохожие с ним здоровались — кто подобострастно, кто сухо, кто с явной неприязнью, но все-таки здоровались все. Старого плута здесь знали, уважали и побаивались.

— Пойдем к швейнику — потребовала Скарла — В задницу эту тетку! Только деньги выманивать! Еще мы всяким аферисткам денег не давали!

— А хочу зайти! — вдруг заупрямился я, который терпеть не мог, чтобы на него нажимали. Хватит мне командиров, накомандовались надо мной в свое время — еле выжил. Так что…что хочу, то и ворочу!

— Зайду! А вы тут постойте! — скомандовал я и невольно положил руку на эфес меча. Вряд ли мне в лавке что-то угрожает, но…береженого бог бережет, а не береженого…конвой стережет. Русская народная пословица. А может и поговорка — хрен их разберет.

В лавке, как и ожидалось — было полутемно, пахло ладаном, чем-то пряным и острым. Горели ароматические свечи, и было очень и очень жарко. В этой парной сидела тетушка Фаранея, больше напоминавшая не человека, а Джаббу Хатта из «Звездных войн». Спиртное никого не красит, особенно женщин, да еще и склонных к полноте. Одно хорошо в таком положении — тебе на всех плевать, потому что будущего нет и не будет. Скоро помирать, а когда человеку нечего терять он кладет на всех болт. Или другой тяжелый винтовой предмет. Пей, жри, добивай себя любым доступным тебе способом — а что еще делать-то?

Увидев меня, Фаранея расплылась в улыбке — ну да, мушка коснулась липкой паутины, вот тут и паучок уже наготове! Мы ведь улыбаемся вкусным бараньим ребрышкам на углях? Вот я для Фаранеи такое же баранье ребрышко. Теперь нужно лишь как следует его обглодать.

— Мой господин! Как хорошо, что вы зашли! Я все вам расскажу про вашу судьбу! Про любовь! Про карьеру! И всего…за десять серебряных!

— За два серебряных — сухо сказал я, и Фаранея сразу как-то сдулась. Сморщилась, как проколотый аэростат воздушной обороны — Или может за один серебряный?

— Два серебряных звучит гораздо приятнее! — тут же спохватилась предсказательница — И все, все расскажу! Без утайки!

Я достал два серебряных кружочка, положил их на стол, откуда они с громадной скоростью исчезли, будто впитанные крышкой стола. Фаранея довольно вздохнула, достала из стола пузырек с прозрачной опалесцирующей жидкостью, явно магического происхождения — опалесценция на то указывает — и отпила из пузырька на треть.