Ботан

— Дай мне её, нужно помыть лицо. — Я взял Милу и пошёл в ванную.

1

По дороге в аэропорт она задремала, не выпуская из рук этого зайца. И как они так могут? Бросит куда-нибудь игрушку, так что лупой не найдёшь, а потом как из воздуха появляется.

В аэропорту нас уже ждали отец Стаса и Марина, пришли провожать и Милу потискать. Она как раз распахнула глазки, как только мы подъехали ко входу.

— Не передумали? — спросил Алексей с надеждой в глазах.

— Нет, пап. Я тебе её не отдам, — строго, но с весельем в глазах ответил ему Стас. — Десять дней — это много. Я не вытерплю.

Умиление в глазах Алексея и Марины зашкаливало. Потому что это мило.

— Что вы так уставились? — зло спросил он и прижал Милу к себе.

— Я не представляю, как бы ты себя вёл, если бы это был твой ребёнок, — с улыбкой сказал я.

— Соколов! — Стас уставился на меня зло. — Ещё раз такую тупость скажешь, я не знаю, что с тобой сделаю. Это мой ребёнок!"

"— Я так-то уже не Соколов, — серьёзно выдал я.

— Ой, б-б-б… — запнулся он. Матами мы не говорим, у нас ведь ребёнок, который всё повторяет.

И так Стас однажды её не заметил, и мы неделю отучали Милу от слова «пиздец». Это было смешно и грустно. Она упёртая страшно, будто и вправду его дочь.

Алексею всё же удалось забрать у Стаса Милу и потискать её, пока мы ждали посадку. Она хохотала на весь аэропорт, привлекала внимание и вызывала улыбку у прохожих.

— Я очень рада, что вы, наконец, смените обстановку. Вам это нужно. — Марина села рядом со мной, после того как Стас пошёл за кофе.

— Спасибо. Нам это правда будет на пользу, — улыбнулся я ей.

— Не забывайте про солнцезащитный крем для Милы, — напутственно сказала она.

— Конечно. Мы взяли несколько, чтоб наверняка.

— И осторожно на пляже…

— Мы взрослые люди, Марина, — с улыбкой влез в разговор Стас.

— Да. Ты прав, извините, — смущённо отпустила голову.

— Ничего. Мы понимаем, что ты волнуешься. — Стас сел по другую сторону от меня и протянул нам всем картонные стаканчики с кофе в специальной ставке.

После того, как объявили посадку, мы попрощались и пошли проходить контроль. Мила начала капризничать и хныкать, никак не хотела успокоиться, пока не сели в самолёт. Там Стас взял её на руки, и она вскоре заснула. Полёт у нас долгий, так что хныканья ещё будут.

2

— Хватит её вытирать, пусть всё доест и потом уже. Какой смысл сейчас, если она после каждого кусочка пачкается?! — причитал Стас.

Мы уже три дня как на берегу моря, и каждый вечер мы ужинаем в ресторане, потом гуляем по набережной. Сегодня взяли Миле сладкую розовую вату, и у неё всё лицо липкое, как и ручки. У неё глаза светятся, когда хапнет кулачком кусочек и он тянется, а потом сразу в рот.

— Ты обгорел, — посмотрел на его красное лицо и представил, как его печёт.