Боссу не откажешь: маленькое счастье в нагрузку

— Ты такой волшебник, Сэм… — промурчала я, с любовью расправляя новое постельное бельё на койке. Не покупное, к слову. Домашнее, выстиранное.

— Неет, я только учусь, — хмыкнул Сэм, жадно следя за моей реакцией. — Был бы волшебником, я бы тебя вот от этого совершенно не топового ошейника избавил! — брезгливо пальчиком повёл на мою красоту.

— Это ерунда, — отмахнулась я, с блаженством ложась на хрустящее постельное. — А вот это… — втянула воздуха, наслаждаясь запахом свежести — настоящее волшебство: больничка и такое бельё!!!

— Мама постаралась, — цыкнул Сэм.

— Ты с мамой живёшь? — даже перестала блаженно улыбаться и мурчать, точно сытая кошка. Я думала Сэм эдакий гуляка из стильного лофта.

— Угу, — Польски неопределённо мотнул головой. — Мы с ней такая команда. Просто фантастика! — подтвердил слова красноречивым жестом. — Она упаковала резаные мытые фрукты, — ткнул на оставшийся пакет возле койки, до которого мои ленивые руки не дошли. — Лимоны, чай… В общем полный набор. Я и купил-то только так. Мыльно-рыльное.

Меня тронула до глубины души такая забота от мамы Сэма, и самого Польски. А я ведь с ним беседовала впервые после собеседования, а женщину даже ни разу не видела.

— Ах, ну да, — улыбка Саймона стала шире. Парень из бокового кармана принесённой сумки-баула выудил пачку. — Маман заверила, что без этого в больнице делать нечего! — торжественно водрузил на тумбочку колоду карт.

— Да? — изумилась я не на шутку.

— Сказала, что этим можно даже денег поднять, — хмыкнул значимо Польски.

В этом я конечно засомневалась. Я и карты — несовместимы, но поблагодарить нового друга толком не успела, как в дверь тихонько поскреблись. Потом она открылась, но что-то пошло не так, и гость не вошёл — то ли споткнулся, то ли дверь не удержал. В общем, после глухого шлепка — явно падения на пол, — послышалось досадливое “ой”.

Лерка!

— Сэм, — махнула я торопливо на выход, — не мог бы ты помочь, — для понятливости ещё и кивнула. — Врачиха моя пришла."

"— Что? — удивлённо покосился на дверь Польски, но с интересом выглянул в коридор, а потом отступил, шире открывая проход и благородно придерживая створку для суровой врачихи, которая шагала, скрестив на груди руки и надув недовольно губы.

Лерка была одета в белую пижамку, которая видимо играла роль “врачебного халата”, на шее болтался ворованный стетоскоп, из кармана торчал розовый шприц из детского наборчика.

— Ну что, больная, шалим? — остановилась возле койки дочка Кирсанова. — Не лечимся? — нахмурила миловидное личико, выказывая крайнюю степень врачебного неудовольствия. — Рекомендуции не выполняем? — важно продолжала напирать Лера. — А посетители так и ходют? — прищурилась укоряюще.

Ладно, “рекомендУции” — ошиблась. Бывает.