Боссу не откажешь: маленькое счастье в нагрузку

У меня сегодня дел назначено выше крыши. Я уже договорился насчёт сада на выходные. Раз уж нет няни, кто-то мелкой заниматься должен. Несколькими секундами позже послышался шелест шагов тиранши, и передо мной вклинилась дочь, как будто зеркало в доме только одно. Именно это! И то что она до него не достаёт — пустяки! Папа же стремянка, приподнимет и самолично покрутит из стороны в сторону.

Это у нас как ритуал. Всегда вместе, даже если Лерке никуда не надо. Мы должны увидеться и полюбоваться друг другом хотя бы у зеркала. Дочка всегда говорила, что именно оно не позволит мне ей соврать. И именно через зеркальную поверхность она считывает люблю я её или нет. Это у нас пошло со знакомства с “Белоснежкой”.

Вбила себе Лера в голову, что все зеркала волшебные и правдивые. Правду она выдумывала сама, какая в голову придёт, даже пыталась манипулировать мной. Когда всё по её — зеркало говорит, мол люблю дочь. Когда всё не по её — зеркало обличает неприятную правду: я дочь не люблю и можно даже не пытаться разуверять.

Кто бы мог подумать? Шесть лет, а уже: “Ты меня не любишь!”.

— И куда это ты так вырядилась? — осведомился, с удивлением глядя на своё чудо-юдо. Лерку пришлось как обычно приподнять, чтобы она оценила все детали, до самых туфелек.

Платье выбрала экстравагантное, алое! Аки Скарлетт О`Хара перед памятными именинами Эшли Уилкса, чтоб её. На голову повязала траурную, чёрную повязку с ушами, — часть карнавального кошачьего костюма, — волосы при этом завязала в хвост на макушке. Буйство красок обеспечила жёлтенькая кофточка с синими кармашками и брошка с птицей. И конечно… сандалии прямо на колготки. И плевать, что июль-месяц. Кофта и колготки. Синие. Под кармашки.

— На работу, конечно же, — повела плечиком тиранша, пригладив волосы тугого хвоста. — Не только ты занят, — чуть закатила глаза и мотнула головой.

— Ну да, — кивнул с улыбкой. Мне понравилось, что она в сад готовилась без стандартных: не хочу, не пойду. Видимо, вчерашний день пошёл на пользу.

— Жарковато будет. В колготках-то и кофте. И губы в сад не красят, — вскинул брови, когда мелкая помаду из сумочки выудила.

— В сад? — скривила личико тиранша. — Нет, я в больницу, конечно же. Меня там ждёт пациентка, — таким тоном, что у меня на миг дар речи пропал.

— Лер, — протянул я, уже прикидывая, сколько уйдёт времени на то, чтобы её переубедить.

— Ты сам сказал, что я чуть не испортила жизнь хорошему человеку, — нахмурилась дочь. — А я ей обещала, что не брошу, пока она не выздоровеет. Поэтому я обязана быть с ней! Тем более, она моя дочка!

— Милая, — я смотрел на дочь через зеркало — она отвечала прямым взглядом ослицы. — Кристина взрослая девушка. Она понимает, что у нас свои дела.