Боссу не откажешь: маленькое счастье в нагрузку

ЧЕЛОВЕК!

МУЖЧИНА!

Да, наверное, именно так, в моём представлении и выглядел идеальный Мужчина и Человек!

Моё восхищение им перевалило за границу нормального. Я уже его боготворила…"

"— И я рожаю, — продолжила Ангелина. — И сразу, блин, послеродовая депрессия! — последним глотком осушила бокал. — Те, кто в неё не верит, не знают, ЧТО ЭТО ТАКОЕ! Я на руки Лерку взять не могла… — не без отвращения и, как поминала, к себе и своим поступкам. — И я так боялась… Я сама была ребёнком в теле женщины… Тётка притащила какие-то таблетки «из под полы». Я стала принимать. В итоге стала рассеянной, подавленной, вспыльчивой, истеричной. Когда разбила очередную тарелку, сказала Роме, что устаю. — Опять пауза. — Не поверишь, он нанял помощницу, Екатерину Сергеевну, — дёрнула неопределенно плечами. — Знаешь, какого это жить с человеком, которого не заслуживаешь? — и посмотрела на меня в ожидании. Я бы кивнула, но ответа бывшей Кирсанова не требовалась. Она его знала. — Во-о-о-от, — цыкнула расстроенно. — Становилось только хуже. Тётка давила на мозги: “Бери больше, а то он тебя, воблу, скоро вообще бросит! Кому ты такая жалкая нужна?” Я стала себя ненавидеть! Его! Лерку. Тётку… А вместо лечения получала непонятные таблетки. А потом случилось то, чего стоило ожидать — Рома устроил скандал. Он каким-то образом догадался, что я на чём-то сижу. Я не призналась, — виновато мотнула головой, смотря на половую плитку террасы. — Мне было стыдно! Черт, да у нас вообще в стране не принято болеть головой. Стыдно это! Не говорят о таком! Особенно в девятнадцать… Сейчас — пошла бы к врачу без проблем, а тогда… собрала вещи и ушла от Ромы. Он отыскал, сказал, что если уйду — это навсегда будет. Я неадекватная была, обрадовалась. Мы договорились: он меня отпускает — я о себе не напоминаю. И мне казалось, что смогу!!! Это идеальное решение! Казалось, Лерке так лучше, ведь я её не люблю. Вернулась домой. К маме. Перестала пить тёткины таблетки. Пережила ломку, и депрессия прошла. Вот тогда стало ясно всё. Чёрт… рвануть обратно — нельзя. Во-первых, стыдно. Во-вторых, мама опять заболела. В-третьих, да тупо нет сраных десяти касарей на билет… С новыми силами начала собирать бабки. Вскрылись долги о которых родители постеснялись сказать Роме. И тётка тут как тут: “Ну теперь только на панель!”

— Сука, — это я брякнула. Даже не ожидала от себя понимания и такой грубости. Но если это реальносуществующий персонаж — она отменная сука!

— А я о чём?! — хмыкнула благодарно Ангелина. — Сама в жизни ничерта не сделала, зато убеждать умела как никто и появляться в самый острый момент. Мне мозги рвало, колотило по ночам, денег нет, Рома трубку не берёт.