Боссу не откажешь: маленькое счастье в нагрузку

Именно она его держала, а не наоборот, это было очень ясно видно.

— Что ж вы так… — я сглотнула и нервно пристукнула телефоном по руке, — тепло оделись?

Разглядывала Лерку, а говорила с Ромой, который смотрел в свою очередь на меня.

Они оба на меня уставились. И папа и дочка. Два гипнотизера. И под их взглядами, я, будто должна сделать шаг в какую-то пропасть… Пропасть, куда мне нельзя, но жуть как охота.

— Она сама себе хозяйка, — тихо отозвался Роман.

— Я же говорила, нам нужно спешить! — Лерка умилительно улыбнулась. — Ну что, пап, — бросила очень невинно-взрослый взгляд на отца, — заберём её с собой? А то сидит тут одна. Никому не нужная…"

"— Заберём, — кивнул спокойно Роман, хотя на его лице не проскользнуло ни намёка на радость от встречи. — Если уж никому не нужная…

Глава 13

Роман

Это уже было ни капли не смешно. Кравчик просачивалась, прорезалась, продиралась в мою жизнь всеми путями, даже если они казались невероятными, немыслимыми и абсурдными.

Вроде и не навязывалась, но судьба нас упорно сталкивала. Отнекивалась, а в итоге мы продолжали общение. Уходила, а потом стремительно врывалась обратно. Как и сейчас… Не успел я выдохнуть, как опять мы были вместе. Ехали в машине, вернее я вёз Кристину домой. На этом особенно настояла Лерка. А желание моей тиранши — для меня закон, даже если я клялся, что это будет последняя прихоть, которую выполняю.

В полной тишине, я даже музыку не включил. И до такой степени в своих мыслях был, что не сразу понял, почему тишина оглушала. Лерка дрыхла на заднем сидении — потешно обвиснув на ремне безопасности. Обычно её не заткнуть, но сегодня… умаялась, и так как время было сончаса, вот её и сморило в дороге.

— Расходы по вашей машине, как и говорил, возьму на себя, — негромко решил нарушить тишину. Не то, чтобы она напрягала, даже скорее наоборот, впервые с посторонним человеком чувствовал в молчании абсолютный комфорт, просто другого удобного случая это обсудить могло не приключиться.

— Лишнее, — качнула головой Кристина, даже на меня не глядя, а я нет-нет, да и скашивал глаза, отмечая что сегодня Кравчик невероятно грустно юна. Не уверен, что есть такое сравнение, но применительно к этой девушке именно такие эпитеты рождались. Грустная и юная. Без алой помады, её лицо стало нежно молодым с оттенком невинности. Потому я и залипал на созерцании столь чудной красоты. Мне нравилось, как она преображалась от порочной юности, когда губы выделены цветом, до невинной — с природной бледностью. Я будто и не замечал раньше, что в общем-то и без фирменных ярких красок, она очень даже ничего. Вот только грусть озадачивала.