Ребёнок от босса. Научи меня любить (СИ)

Боже, я надеюсь, что это не приступ ревности? У Воронцова с этой девушкой что-то было? Отношения? Или, может, просто секс?

А что, если между ними и по сей день что-то есть? Почему-то только сейчас я вдруг задумываюсь о том, что о личной жизни своего босса я не знаю ровным счётом ничего.

От этой мысли у меня на душе скребут кошки и нервозное состояние вместе с мурашками змейкой пробегает по позвоночнику.

— Глеб Викторович, вы сядете за свой столик? Как обычно? — как только мы расправляемся с верхней одеждой и снова поворачиваемся к хостес, её взгляд снова возвращается с меня обратно на моего босса.

— Нет, — отвечает, как мне кажется, слишком резко. — Накрой в другом месте.

— Хорошо, — брови девушки удивлённо ползут вверх. — Где вам предпочтительней? У окна? Диваны или стулья?

— Без разницы, Олеся. Подойдёт любой другой столик кроме прежнего.

Девушка кивает и жестом руки приглашает нас пройти вслед за собой. Мы пересекаем большой зал. Полы здесь выложены мрамором. Вход увенчан золотой аркой, а в конце зала играет живая музыка.

Не понимаю, зачем нужно было вести меня в такое пафосное место. Мне тут абсолютно не нравится. Я чувствую себя здесь неуместно. И нет, я не впервые нахожусь в подобном заведении. Наоборот, в прошлой жизни мне приходилось бывать в таких ресторанах довольно часто.

Возможно, именно поэтому мне здесь так не по себе. Это как сбежать из плена, долго бродить кругами по лесу, а потом вдруг оказывается, что всё было напрасно — ты вернулась туда же, откуда ушла.

— Пожалуйста, присаживайтесь. Вы заказ сразу сделаете или хотите посмотреть меню?

— Мне стейк средней прожарки и минеральную воду, а девушке принеси меню.

— Не надо, — останавливаю официантку, пока она не успела уйти. — Мне, пожалуйста, принесите тёплый салат из телятины и сок апельсиновый свежевыжатый.

— Ты бывала в этом ресторане? — босс откидывается на спинку стула, когда официантка оставляет нас одних.

Я поворачиваю голову к панорамному окну и смотрю на красивый вид города, который не портит даже усилившийся дождь.

Мне очень нравится Санкт-Петербург. Его архитектура, чем-то напоминающая венецианскую, и, в то же время совершенно уникальная. Когда полгода назад я в спешке уезжала из Москвы у меня даже не стояло вопроса куда переезжать. Я точно знала, что хочу жить именно здесь.

— В этом ресторане я впервые, — отвечаю задумчиво, разглядывая прибитые дождём к асфальту жёлто-красные листья. — Но в подобного рода заведениях есть схожий перечень блюд. Например, салат из телятины подают практически во всех ресторанах подобного статуса.

— Так ты у нас, значит, частый посетитель элитных ресторанов? — скрестив руки на груди, Воронцов выгибает дугой тёмную бровь.

— Не частый, — отвечаю уклончиво. — Не хочу говорить об этом.