Ребёнок от босса. Научи меня любить (СИ)

Меня ведь это шокировать и отталкивать должно, верно? Это ведь агрессивно, первобытно, это не должно мне нравиться, так ведь?

Двери лифта открываются, но Воронцов не двигается с места. Так и продолжает стоять очень близко, немного надавливать рукой на мою талию и сверлить меня тёмным взглядом.

Не выдержав напряжения, я сжимаю предплечье мужчины и провожу по нему ногтями, когда оттолкнуть не удаётся.

— Глеб Викторович... Лифт приехал. Идёмте...

Наконец, Воронцов отходит в сторону и позволяет мне выйти из лифта. Дышать становится легче, когда пространство между мной и боссом увеличивается. Правда, ненадолго, потому что мужчина быстро приближается и хватает меня за руку.

— У тебя здесь сменная одежда есть, Инна?

— Ч..то? — я не сразу понимаю, к чему он об этом спрашивает.

А тема про одежду автоматически отбрасывает меня мыслями во вчерашний день, когда Воронцов смотрел на моё бельё, висящее в ванной. У него такой странный взгляд был, что меня даже затрясло. Вот и сейчас мурашки бегут по позвоночнику от одних только воспоминаний.

— Одежда, говорю, сменная есть у тебя в офисе? Ты вся промокла, пока бежала к зданию. Не хватало ещё заболеть. Проблем же мало тебе было.

Щёки заливает жаром от стыда и гнева. Снова он пытается меня обвинить в безответственности. Это просто смешно! Таким образом любой мой поступок может быть расценен как необдуманный. И что мне теперь, из дома не выходить?! Вдруг я упаду, вдруг дождь неожиданно начнётся, вдруг стая собак из-за угла выбежит?

— Есть у меня сменная одежда, — цежу сквозь зубы, не желая снова вступать в открытую перепалку.

Слишком много энергии потребляет этот мужчина.

Пара сменных блуз и юбок у меня действительно хранятся в шкафу. Я оставляла на всякий случай. На работе может что угодно случится. Идти на важное совещание, скажем, в испачканной чаем блузке, не есть хорошо. К внешнему виду в любой уважающей себя компании отношение всегда строгое.

— Ну, хоть что-то, Александрова.

Мою руку Воронцов отпускает только на пороге кабинета. От его пальцев на предплечье будто остаются огненные следы, но я упорно пытаюсь это игнорировать.

Вообще он всё испортил! Я хотела просто забрать кое-что из офиса и уехать, а из-за Воронцова мне теперь на работе будет неловко появляться. Ну, узналось бы позже про мою беременность. Я бы тогда, может, уже в декрет ушла. А сейчас ничего не исправишь.

— Давай, переодевайся, бери, что хотела, и поехали, — настойчиво произносит босс, пройдя вместе со мной вглубь кабинета и нетерпеливо взглянув на наручные часы.

— Глеб Викторович, я повторюсь, вам необязательно меня отвозить домой. На такси доберусь — ничего страшного в этом нет!

— Инна, не выводи меня из себя, пожалуйста.

— Да и вы и так всё время не в себе...