Ребёнок от босса. Научи меня любить (СИ)

Всё же человеческие взаимоотношения — это чертовски сложная штука.

Порой между желанием подавить и желанием позаботиться грань слишком тонкая. И распознать два этих чувства бывает очень сложно...

— Инн, самое главное, что ты должна для себя понять — никто не может принудить тебя ни к чему против твоей воли, — придвинувшись ближе, Снежана сжимает мою руку. — Только ты распоряжаешься своей судьбой. И только ты сама за себя решаешь. Но заведомо видеть в каждом мужчине тирана, желающего подавить твою волю — неправильно. Тебе нужно искоренять в себе эту установку. Иначе она тебя погубит. Тем более, что у вас с Воронцовым скоро будут дети. Вам придётся учиться взаимодействовать. И самое главное, принимать решения исходя из того, как в первую очередь будет лучше им.

В кармане вибрирует мобильный. Вытаскиваю телефон, и сердце, спотыкаясь, делает кувырок, когда вижу высветившийся на дисплее номер босса.

— Алло, — произношу несмело и тут же откашливаюсь.

Проклятье. Голос как будто не мой.

— Я подъезжаю к твоему дому. Ты уже готова?

— Я готова да, — сжимаю трубку в холодной ладони, необъяснимо испытывая волнение только лишь от звука его голоса. — Но я не дома. Ко мне Снежана заехала в гости. Мы в парке через дорогу.

Боковым зрением улавливаю вопросительный взгляд подруги, следящей за нашим разговором со стороны.

— Тогда иди к выходу, я туда сейчас подъеду.

Сбрасываю вызов и тяжело выдыхаю.

— Вы куда-то сегодня собираетесь? — Снежана растерянно смотрит на меня.

Собираемся… Боже, от мысли о том, куда Воронцов собирается меня отвезти, мурашки на моём теле начинают танцевать ламбаду. Ведь сегодня суббота… и мама Глеба Викторовича ждёт нас у себя в гостях.

И что он на меня так смотрит? Как-то необычно, странно. Меня его взгляд и без того напрягал, а теперь он ещё и изменился. Природа этих изменений мне пока не ясна. Надеюсь, Воронцов не придумал ещё что-то, чем собирается меня шокировать…

Практически всю дорогу до дома его матери мы едем молча. С каждым километром волнение у меня в груди усиливается, потому что я понятия не имею, как пройдёт эта встреча и смогу ли я изображать из себя женщину Воронцова. Мне кажется, любой дурак поймёт, что мы никак не можем быть парой. Мы же такие разные, и как только его мама поверила?

– Инна, не забудь, что в гостях у мамы не надо называть меня по имени-отчеству. Просто Глеб, хорошо? – сообщает босс, когда мы выворачиваем на живописную дорогу в частном секторе Зеленогорска.

Как же здесь красиво! Мне сразу хочется выйти из машины и начать фотографировать чуть ли не каждый проулок и деревце, раскинувшее свои жёлто-красные, будто янтарные, ветви.

Но от волнения я вряд ли смогу сделать хоть шаг так, чтобы меня не затошнило.