Ребёнок от босса. Научи меня любить (СИ)

— Может, мне надо было наплевать на тебя и твоё состояние, — продолжает хрипло шептать, опаляя кожу жаром своего дыхания. — И насрать на то, как бы закончилась твоя беременность? В чём я тиран? Детей я у тебя отбирать не собираюсь. Всё что нужно для тебя и для них я сделаю. И на то время пока ты сильно уязвима, гораздо лучше, если я буду находиться рядом, но ты упорно сопротивляешься, считая это насилием. Что с тобой не так, Инна?

Вытираю лицо полотенцем и делаю небольшой глоток воды, затем ещё несколько, после чего ставлю бутылку на скамью и рядом кидаю мокрое от пота полотенце.

Тиран, млять, я тиран и диктатор. Просто охренительно.

– Надо же, кого я вижу, – за спиной раздаётся насмешливый голос Стаса. – Давно тебя в зале не было.

Поворачиваюсь к брату и кошусь на протянутую для приветствия руку.

– Чё, не поздороваешься даже? – спрашивает, когда я не пожимаю ладонь в ответ.

– Лучше пошли на ринг. Помну тебе рёбра. Ты заслужил.

– Уууу, как всё серьёзно, – ржёт придурок.

А я после вчерашнего до сих пор не оставил идею разукрасить его рожу.

– Что, личная жизнь кипит, и пар спустить хочется? Ну, пошли на ринг, так уж и быть. Помочь брату – святое дело.

– Хорош выпендриваться. Ты лучше скажи, нахрена ты маму вчера домой ко мне потащил? Знал ведь, что я Инну собирался в квартиру привезти.

Мы направляемся в сторону небольшого ринга, находящегося в углу спортзала, куда мы со Стасом обычно ходим. В последнее время мне, правда, не до этого было. Но сегодня без сброса напряжения никак.

Чёртова Александрова мне все нервы выжрала! Такими путями я за период её беременности превращусь в маниакального психопата.

– Если бы я этого не сделал, – пожимает плечами Стас, – то ты бы ещё хрен знает когда маме про Инну и про детей рассказал. Так что, не благодари.

– Я собирался ей сказать, но по-другому. А теперь из-за твоей выходки мне придётся врать матери насчёт того, что между мной и Александровой настоящие отношения. Не за что тебя благодарить. Влез не в своё дело.

Отогнув канаты, поднимаюсь на ринг, и брат следом за мной.

Боксёрские перчатки развешены по углам. Я беру синие, Стас красные. Мы встаём в середину ринга и принимаем стойку.

– А у вас типа нет отношений? – иронично выгибает он бровь.

– Она – мать моих детей. Вот какие у нас отношения.

– То есть то, как ты на неё вчера пялился, мне померещилось?

Первый удар беру на себя, смачно приложив брата в левый глаз.

– Померещилось. Не неси хрени. Никак я на неё не пялился.

– Да? – даёт мне ответочку в подбородок. – А как у тебя пар чуть из ноздрей не пошёл, когда я к её спине ладонью прикоснулся и попросил передать мне сахарницу? Это тоже был глюк?

С шипением делаю шаг вперёд и наношу два резких прямых удара.