Не отвергай босса, опасно!

Ладно, не буду говорить, что всё знаю, воспользуюсь ситуацией во благо, она даже сама не заметит, как сблизится со мной. Да и мне хорошо — не бегать за ней, чтобы немного утолить свой голод, который, стоит только посмотреть на Юлю, разгорается с новой силой! Не то чтобы мне это было в тягость, наоборот, я только за, просто мне её жалко, сразу видно — не привыкшая она к такому марафону, да и интимной связи у неё давно не было. Когда её брал позавчера, было ощущение, что вновь её девственности лишаю, и в то же время, как же охрененно её брать — слов нет, чтобы описать ощущения! Она создана для меня, а то, что характер вредный, ничего — перевоспитаю.

По пути на работу понял, что нужно её предупредить, не хочу, чтобы для неё это было шоком, и так оттягивал неприятный разговор сколько мог — не хотел ей заранее настроение портить. Сейчас скажу, она немного вспылит и успокоится.



Насчёт вспылит я ошибся — у неё началась самая настоящая истерика, а мне вот этого не нужно — терпеть не могу эту черту в женщинах. По её «просьбе» решил остановить машину, но только отъехать от трассы подальше, чтобы никто не видел мою женщину в таком состоянии. Выскочила из автомобиля, и я понял, что всё гораздо хуже, чем я предполагал. Она словно окаменела вся, руки сжала в кулаки, как будто готовилась к битве.

Да что же произошло с ней?!"

"Подошел, а она одарила меня таким взглядом, что я понял — началось, сейчас она вновь броню натянет, не вытащишь потом. Ну уж нет, дорогая, этого не позволю! Я настроился на счастливый брак, а не вечную вражду! Наша дочь должна жить в мире и спокойствии, а не переживать из-за наших скандалов.

Попытался с ней говорить спокойным тоном, чтобы не спровоцировать вспышку агрессии, да куда там, моя уже фитиль зажгла, сейчас нахрен рванёт. Рванула так, что в пору её водой холодной в чувство приводить, или по щекам похлопать. Да вот беда, за водой нужно в машину возвращаться, а она в таком состоянии, что страшно оставлять одну, а бить я свою при любом раскладе не буду. Остаётся одно — секс, после него она тихая становится. Решено, буду успокаивать этим способом, когда её пыл спадёт — поговорим, а сейчас перенаправим её энергию в другое русло.

После недолгого сопротивления она капитулировала, а когда я закончил «успокаивать», девочка обмякла в моих руках.

— А теперь поговорим, радость моя, — поглаживая её по спине, перешёл к делу.

— Может, выйдешь из меня, — как-то вяло проворчала. Утомилась, милая, люблю её такой смирной, но больше она мне нравится спросонья, как котёнок взъерошенная, смотришь на неё, и сердце от восторга замирает.

— Пока нет, считай это страховкой, начнёшь буянить, я продолжу, — Юля тяжело вздохнула, но приняла правила переговоров.