Не отвергай босса, опасно!

Меня испугать трудно, но сейчас я почувствовал настоящий животный ужас, я боялся, что она с собой что-то сделает.

* * *Боже, я больна, и Марат может отобрать мою дочь, а меня упечь в психушку! Что же мне делать? А с другой стороны, если у меня такие проблемы со здоровьем, то моя дочь в опасности, находясь рядом со мной. Я чувствовала, что попала в западню, из которой не выбраться. Отчаянье переполняло меня, медленно оседая на пол, схватилась за голову, и, качаясь из стороны в сторону, завыла, как зверь, от безысходности. Калагов — противник, с которым мне не справится, теперь моё будущее в его руках. И я боюсь, что подобное может повториться, когда мы с Алисой будем вдвоём. Боже, как же мне страшно.

* * *Подбежав к двери, я рванул её и вырвал замок с корнем нахрен. Увидев Юлю, я забыл, как дышать. Она сидела на полу, держась, за голову, и выла.

— Милая, — осторожно начал я, она подняла на меня взгляд, и я снова ужаснулся. На меня смотрела не моя язвочка, а раздавленная горем женщина, — девочка моя, не нужно так переживать, — говоря, я медленно подходил к ней, боясь сделать резкое движение, видно, что она на грани нервного срыва, или уже переступила её.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Марат, я умоляю, не забирай у меня дочь, — запричитала, кинулась мне в ноги, — я стану послушной, буду лечиться, только не забирай её, молю… — разрыдалась она, я оторопел, вот такого я точно не ожидал.

— Девочка моя, ну что ты? Я не собираюсь разлучать тебя с Алисой, — присаживаясь рядом с ней, заключив в объятья, попытался остановить зарождающею истерику. Но она словно не слышала меня, захлёбываясь слезами, продолжала умолять. — Юля, приди в себя, — взял её за плечи и немного встряхнул, — ты не больная, слышишь?! И с дочкой я никогда вас не разлучу, что за бред ты сейчас несёшь?! — начал я строгим голосом, чтобы привести её в чувства. Она посмотрела на меня глазами, полными слёз, от её взгляда я ощутил щемящую боль в сердце.

— Но ты же говорил… — начала она, а я вспомнил, что да, было дело, угрожал.

— Это злость и обида во мне говорили, успокойся, ничего подобного не случится, и ты не больная.

— Марат, не нужно меня успокаивать, я прекрасно осознаю, что со мной что-то не так. Я, может, и страдаю потерей памяти, но анализировать ещё могу, — всхлипывая, как маленький ребёнок, дрожащим голосом ответила она. Вот же глупая…

— Юлька, ты прям как дитя неразумное, что, не слышала о препаратах, после которых провалы в памяти бывают? — притянул её к себе и начал гладить по голове. Бедная моя, представляю, какие ужасные мысли сейчас бродят у неё в голове.