Выбесить босса. Влюбить и не влюбиться

Молча дождался, когда я приму лекарства и допью воду. Забрал пустой стакан и, наконец, исчез из зоны видимости.

А я снова легла, натянув одеяло до подбородка, и даже уснула, но Афанасьев снова меня разбудил.

- Аделина, - звал он настойчиво.

- Да когда вы уже свалите на свою любимую работу? – вопросила я плаксиво и себе под нос. Громче добавила. – Что ещё?!

- Сегодня весь день находишься на диване…

- Да с удовольствием, - буркнула, вновь прикрыв глаза.

- Предупреди в университете, что сегодня пропустишь занятия. В офисе тоже не появляйся. До обеда пришлю врача, он тебя осмотрит и выпишет лекарства…

- Я не пойду в аптеку.

Тупо потому что у меня нет денег. И сил.

- Список всего необходимого он вышлет мне. Твоя задача – открыть ему дверь, когда он придёт.

- Угу, конечно. Открывать дверь какому-то мутному челу с холодным стетоскопом? Вам надо вы и открывайте.

- Аделина, не веди себя, как ребёнок.

- Мне девятнадцать. Могу себе позволить.

Я прикрыла глаза и услышала, как Афанасьев, стоящий надо мной, шумно вздохнул.

- Неизвестно, сколько ты гуляла по улице с чемоданом, пока не пришла в офис. Чтобы минимизировать риски…

- Открою я ему! Открою! Пусть смотрит и щупает у меня, что хочет. Хоть с порога. Только вы уже куда-нибудь уйдите, а. У меня не получается отдаться депрессии, когда вы тут над душой стоите.

- Я могу и психолога вызвать.

- Уйдите.

К счастью, после этого Афанасьев молча собрался и ушёл. Я покормила кошку и вновь завалилась на диван, где смогла уснуть. Разбудил меня звонок в дверь.

- Надеюсь, вы грабитель или убийца.

- Я от Андрея Васильевича.

- Вечно мне не везет.

К слову, стетоскоп у него оказался тепленьким, а сам дядечка преклонных лет был очень даже аккуратен и вежлив. К концу приема мне стало даже немного неловко за свою резкость.

После его ухода спать не хотелось. Думала, посмотреть телевизор, но оказалось, что этот псих его даже не подключал. Телевизор здесь был чем-то вроде картины без рисунка. Черный прямоугольник.

Пришлось смотреть фильмы с телефона, пользуясь зарядкой Афанасьева, которую я, не испытывая ни малейшего угрызения совести, свистнула из его спальни.

Но, глядя в экран телефона, я постоянно уходила в мысли о том, что мне наговорил папа.

Вновь захотелось отмыться от его слов, будто они проявлялись грязными вонючими пятнами от одних только воспоминаний о них."

"И я снова начала злиться на Афанасьева. Казалось, что они с папой хоть и враждуют, но находятся в одной связке, цель которой – уничтожить меня морально, чтобы не пришлось добивать физически.

С какого хрена Афанасьев заделался таким душенькой, который и приютил, и врача пригнал?

У него других дел нет?

Других женщин?

Он явно что-то задумал.

Морально разложил моего отца, теперь добрался до меня, а следующий кто? Мама? По-любому.