Сюрприз для Большого Босса

— Припоминаете мне прошлый наряд? — хихикнула Ирина. — Леопардовые лосины претят вашему изящному вкусу, Марк Борисович?

К ее удивлению, он рассмеялся в ответ.

— Вы можете носить что угодно. Обтягивающие вещи удивительно идут вашей стройной фигуре. — Марк склонился к ее уху и шепотом добавил: — Но в белье вы выглядите куда привлекательней. А без него, не сомневаюсь, вообще сногсшибательно.

— Все еще намереваетесь проверить это на практике? — Ирина недоуменно приподняла бровь.

— Непременно, — не стал скрывать Марк. — Так как на счет сумочки и платья?

Он так быстро сменил тему разговора, что Ирина не успела достойно ответить. Оттого лишь сильнее убедилась, что все происходящее — проверка. После истории с Ольгой Марк стал осторожен.

— Я не приму от вас таких дорогих подарков, Марк Борисович, — отказалась Ирина."

"— Тогда, может быть, выпьем по чашке кофе? — не стал настаивать Марк. — Это ведь нельзя считать подарком? Назовем... скажем, благодарностью за помощь с выбором одежды?

Ирина не нашла причин для нового отказа. Ей и самой хотелось подольше пообщаться вне стен особняка. В конце концов, ради этого она и затеяла аферу с подменой.

Погрузив пакеты с покупками в машину, Марк привел девушку в небольшое кафе, где столики были отделены друг от друга резными перегородками. Здесь играл джаз, а скатерти казались такими белоснежными, что слепили глаза.

Неторопливо потягивая «латте», Ирина наслаждалась обществом Марка. Он рассказывал интересные случаи из прошлого, много улыбался и совершенно не был похож на грозного и чопорного хозяина особняка.

Он как раз рассуждал о случайностях, способных перевернуть жизнь с ног на голову. И Ирина не удержалась от искушения процитировать фразу из полюбившейся книги:

— «Обычно историю представляют себе очень долгим процессом, а ведь история творится в одночасье».

— «Американская пастораль», Филип Рот, — догадался Марк. — Я как раз читаю эту книгу.

— Знаю, я видела ее в вашей спальне, когда убиралась, — кивнула Ирина.

Марк сделал небольшой глоток «американо» и, все еще держа чашку в руках, поинтересовался как бы между прочим:

— Надеюсь, вы не встретили в моей спальне ничего предосудительного? Или любопытного?

— Еще там была записная книжка, — Ирина выдала правду.

— Ваша честность выше всяких похвал. Я рад, что в особняке есть человек, которому можно доверять. Прошлые горничные не упускали случая заглянуть в мои личные вещи.

— Почему вы решили, что я этого не сделала?

— Если бы вы прочли, что там написано, то даже не упомянули бы о том, что видели записную книжку. Это мой личный метод избавиться от любопытствующих — не самый гуманный, но вполне рабочий.

Ирина понимающе кивнула и смутилась.