Белоснежка и три босса

На окнах были снежные фонарики, напротив камина — праздничный стол, в углу припорошенная искусственным снегом ёлка…

— А под ёлкой — всем подарки! Сюрпри-и-из! — протянул за спиной Кир.

Глядя на свечи и чудесное убранство, у меня слегка задрожали губы, и, кажется, начался нервный тик. Ну и подарочек я боссу приготовила на Новый год!

Ладно, что уж теперь, будь что будет.

Вторя моим мыслям, Леська всплеснула руками:

— Как мило, а у нас тоже есть подарки!

— В машине! — вот и повод нашёлся смыться. — Я принесу, ладно?

— Сначала экскурсия по дому, а потом я сам сгоняю за вещами, — Кир приобнял нас с Леськой за плечи. — Готовимся к Новогоднему чуду.

***Под пристальным взглядом Натальи мы разделись и передали верхнюю одежду подошедшему Петровичу. Сгорая от стыда, я бодро поздоровалась с мужчиной, которого Кир представил сторожем, и последовала за нашим «экскурсоводом».

Не прошло и получаса, как мы пробежались по верхним этажам: пять спален, бильярдная, спортивный зал. Светящиеся гирлянды создавали новогоднее настроение. Они были буквально везде: на потолке и стенах, вдоль шкафов и дверных проёмов и, конечно же, на ёлочках, которые стояли на каждом этаже. Особенно поражали лестничные перила, украшенные хвойными ветвями с вплетёнными в них светодиодными лентами, которые таинственно мерцали из-под зелёного лапника. Могу представить, как это выглядит ночью!

В общем, у Арсеньевых всё и все были готовы к торжеству, кроме меня… В таком наряде я скорее смахивала на обитательницу сумасшедшего дома, чем на секретаршу, решившую бросить вызов начальнику.

Когда мы вышли на лестничную площадку третьего этажа, с которой открывался обзор на гостиную, я превратилась в сплошной комок нервов. Негромко играла приятная музыка, мужчины уже собрались у праздничного стола. Весело переговариваясь, Кир с Леськой уже спускались вниз, с тяжёлым сердцем и мрачными предчувствиями я последовала за ними.

Оставалось всего несколько ступеней, когда неожиданно раздался ехидный голос блондина:

— Наша Вероника сегодня похожа на разноцветный серпантин! Посадим её под ёлку!

Я замерла, вцепившись в перила с лапником, чувствуя, как колючие иголки впиваются в ладонь, будто в замедленной съёмке наблюдая, как взгляд генерального медленно скользит по моей радужной шевелюре, вызывающе накрашенному лицу, шее, стиснутой тугим лифчиком груди, кислотного цвета платью и останавливается на колготках в ужасную сетку.

Я увидела, как округлились его глаза, улыбка медленно замерла на лице, и от ужаса застыла на месте.

Надо отдать должное выдержке генерального: он не поинтересовался, что это за чудовище бродит по его дому.